ВЕСТНИК АРХЕОЛОГИИ,
АНТРОПОЛОГИИ
И ЭТНОГРАФИИ

Сетевое издание
ISSN 2071-0437 (Online)

 

Главная Текущий номер Вниманию авторов Редкол/редсовет Рецензирование Издательская этика Архив номеров Монограф/сборники

Главная
Вниманию авторов
№ 2 (41) 2018
№ 1 (40) 2018
№ 4 (39) 2017
№ 3 (38) 2017
№ 2 (37) 2017
№ 1 (36) 2017
№ 4 (35) 2016
№ 3 (34) 2016
№ 2 (33) 2016
№ 1 (32) 2016
№ 4 (31) 2015
№ 3 (30) 2015
№ 2 (29) 2015
№ 1 (28) 2015
№ 4 (27) 2014
№ 3 (26) 2014
№ 2 (25) 2014
№ 1 (24) 2014
№ 4 (23) 2013
№ 3 (22) 2013
№ 2 (21) 2013
№ 1 (20) 2013
№ 4 (19) 2012
№ 3 (18) 2012
№ 2 (17) 2012
№ 1 (16) 2012
№ 2 (15) 2011
№ 1 (14) 2011
№ 2 (13) 2010
№ 1(12) 2010
№ 11 (2009)
№ 10 (2009)
№ 9 (2009)
№ 8 (2008)
№ 7 (2007)
№ 6 (2006)
№ 5 (2005)
№ 4 (2004)
№ 3 (2001)
№ 2 (1999)
№ 1 (1997)  

 

Аннотации и ключевые слова научных статей,
опубликованных "Вестником археологии, антропологии и этнографии"
за последние 2 года

№ 4 (39) (2017);   № 3 (38)  (2017)№ 2 (37)  (2017)№ 1 (36)  (2017); 

№ 4 (35)  (2016) № 3 (34)  (2016);  № 2 (33)  (2016);  № 1 (32)  (2016)

№ 4 (39) (2017)

Археология

Зеленская А.Ю.

Костяные изделия Усть-Бельского могильника и некоторые вопросы культурного взаимодействия в неолите на севере Дальнего Востока

Материалы Усть-Бельской стоянки-могильника послужили основой для выделения Н.Н. Диковым усть-бельской внутриконтинентальной культуры Чукотки. Однако результаты исследований могильника были опубликованы не в полном объеме, без морфометрического и статистического описания материалов, в том числе костяного инвентаря, по курганам. Данная работа посвящена анализу костяного инвентаря из кургана 15 и выявлению на основе этого анализа культурно-исторических связей с материалами культур позднего неолита — эпохи ранних металлов на территории Севера Дальнего Востока и Тихоокеанского Севера. По итогам технико-типологического анализа костяных орудий были выделены классификационные элементы типов костяных орудий (зачастую являющиеся культурными маркерами); отчасти реконструирован хозяйственный быт усть-бельцев (а именно ориентация на внутриконтинентальную охоту), рассмотрен вопрос о наличии гарпунов в могилах; зафиксированы связи (на основе сравнительно-морфологического анализа) с приморскими культурами коряков, ительменов, алеутов и эскимосов, причем с последними обнаруживается наибольшее сходство в типах костяного инвентаря. Таким образом, пока еще слабо атрибутированный материал Усть-Бельской стоянки позволяет получить ценные сведения о позднем неолите Чукотки.

Ключевые слова: Усть-Бельский могильник, курган 15, неолит, эпоха палеометалла, чукчи, эскимосы, костяные и роговые орудия, технико-типологический анализ.

 

Ткачев А.А., Зимина О.Ю., Ткачев Ал.Ал.

ГОРОДИЩЕ СУЗГУНСКОЙ КУЛЬТУРЫ АБАТСКОЕ VI В ПРИИШИМЬЕ

Вводятся в научный оборот материалы позднего бронзового века городища Абатское VI, расположенного в Абатском районе Тюменской области. Памятник содержит материалы нескольких культур разных периодов неолита, эпохи бронзы и раннего железного века, однако наиболее долговременно этот участок использовался в позднебронзовый период носителями сузгунских традиций, оставившими хорошо укрепленное городище. На городище исследованы остатки сооружений, характеризующие домостроительство носителей сузгунской культуры. Постройки представляли собой полуземлянки с квадратными котлованами площадью 70–90 м2, глубиной 0,3–0,5 м. Помещения восточного ряда жилищ были соединены между собой переходами, некоторые имели дополнительные выходы как в центр городища, так и в сторону берегового ограждения. Особенности устройства позволяют предполагать срубно-каркасную основу построек, жилища обогревались кострищами и очагами открытого типа. Вещевой инвентарь представлен изделиями из металла, камня, кости, глины. Среди них бронзовый нож-кинжал с кольцевым упором, обломок глиняной формы для отливки кельта, костяные трепала, обломок заготовки псалия, тесла, проколки, игральные астрагалы со сточенными гранями, обломки рукоятей, заготовки и наконечники стрел, глиняные пряслице, обломок катушки, «фишки», лощила. Керамический комплекс сузгунской культуры на городище Абатское VI многочислен. Анализ особенностей орнаментации посуды выявил близкие показатели с основными характеристиками керамического комплекса Борки 1 в Приишимье и определенную близость с орнаментацией керамики городища Чудская Гора в Прииртышье. Граф связей основных элементов орнамента позволяет говорить о сложной структуре орнамента, демонстрирующей существование на памятнике нескольких орнаментальных моделей, отчасти сходных с моделями орнамента керамических комплексов Прииртышья. По совокупности данных, полученных в результате анализа инвентаря и керамики, можно предполагать функционирование городища Абатское VI в начале I тыс. до н.э.

 Ключевые слова: Приишимье, Абатское VI, сузгунская культура, домостроительство, керамика.

 

Костомарова Ю.В.

Каменные орудия в хозяйственной деятельности населения эпохи поздней бронзы лесостепного Притоболья

Представлены результаты комплексного изучения каменных орудий труда, использовавшихся населением лесостепного Притоболья в бронзовом веке. Охарактеризовано сырье на основе петрографического анализа коллекций, намечены основные пути поступления камня на рассматриваемую территорию. Реконструированы приемы камнеобработки. В качестве заготовок выступали песчаниковые и алевролитовые плитки, гальки разной толщины и размеров, чаще всего не нуждавшиеся во вторичной обработке, либо она сводилась к обивке и абразивной технике. Полученные результаты соотнесены с данными трасологического анализа. Выявлены и описаны признаки сработанности на типологически схожих инструментах. Установлено, что каменный инвентарь продолжал играть важную роль в производственной деятельности, прежде всего в металлообработке. В других производствах он применялся реже. Практически не фиксируются культурно-хронологические различия в сырье, ассортименте орудий и технологии их изготовления.

Ключевые слова: бронзовый век, лесостепное Притоболье, каменные орудия труда, сырье, технология, функциональная атрибуция.

 

Кузьминых С.В., Дегтярева А.Д., Тигеева Е.В.

Металлопроизводство красноозерской и иткульской культур Тоболо-Ишимья

Сопоставлены данные аналитического изучения медных и бронзовых изделий восточного (притобольского) варианта иткульской культуры и красноозерской культуры раннего железного века Тоболо-Ишимья (37 предметов). Металлический инвентарь исследован методами ренгтгенофлуоресцентного (лаборатория Института археологии РАН) и металлографического (Тюменский научный центр СО РАН) анализов. Прослежены основные векторы историко-металлургических контактов красноозерских племен и восточной группы иткульских племен — связи с восточными, рудноалтайскими металлопроизводящими центрами, откуда шла оловянная и оловянно-мышьяковая лигатура. Западные, гумешевские сырьевые источники меди имели небольшое значение только для восточных иткульских племен, к красноозерским племенам эта медь совсем не поступала. Относительно слабые контакты отмечаются и с саянскими центрами, откуда доставлялось небольшое количество мышьяковых бронз в виде слитков и готовых изделий. В самом начале раннего железного века в восточном Притоболье и Приишимье для изготовления орудий труда и оружия преимущественно использовали технологии литья из искусственных низколегированных оловянно-мышьяковых и оловянных бронз. Ковка как способ получения готовых изделий практиковалась в единичных случаях.

Ключевые слова: Западная Сибирь, ранний железный век, металлопроизводство, историко-металлургические контакты.

 

Аношко О.М., Рафикова Т.Н.

Новые данные о погребальном обряде юдинского населения (по материалам Заводоуковского-3 курганного могильника)

Представлены результаты изучения раннесредневекового Заводоуковского-3 курганного могильника. Практически полное отсутствие погребальных комплексов раннего средневековья лесостепного и подтаежного Зауралья обусловливает высокую значимость полученных материалов для воссоздания погребального обряда населения юдинской культуры и в дальнейшем для реконструкции генезиса, решения вопросов хронологии и периодизации юдинской культуры. Материалы исследования интерпретируются с точки зрения авторов о функционировании юдинской культуры на протяжении VII (возможно, конца VI) — XIII в. н.э. с выделением нескольких этапов [Рафикова, 2015]. К молчановскому этапу ранее был отнесен лишь один из курганов Перейминского могильника. Заводоуковский-3 могильник можно считать вторым погребальным комплексом этого времени. Часть насыпей Заводоуковского-3 некрополя находится на площади городища Заводоуковское 11 позднего бронзового века. При раскопках данного поселенческого комплекса вскрыт один курган с коллективным захоронением под ним, а также три могилы. Пространственное расположение последних позволяет предположить существование над ними курганных насыпей, снивелировавшихся с дневной поверхностью. Диаметр насыпи 5,6 м, могила была окружена ритуальным ровиком с перерывом с юго-западной стороны. Остатки древесного тлена, зафиксированного на дне непотревоженной части могилы, свидетельствуют об устройстве настила. Все погребенные ориентированы головами на юг и юго-запад. Получены две радиоуглеродные даты, указывающие на функционирование могильника в VIVII вв. н.э. Из инвентаря в погребении зафиксированы костяные наконечники стрел, подобные которым бытовали на протяжении всего средневекового периода. Керамическая коллекция представлена сосудами юдинской культуры. Привлекает внимание бедная орнаментация посуды, состоящая из многорядовых шнуровых и гребенчатых линий, зигзагов. Фигурные штампы, типичные для поселенческой посуды этого периода, отсутствуют. Эта тенденция — бедная орнаментация погребальных сосудов — характерна не только для молчановского этапа юдинской культуры, но и для юдинской культуры в целом и подтверждается материалами всех средневековых некрополей.

Ключевые слова: лесостепное Зауралье, Заводоуковский-3, средневековье, юдинская культура, курганный могильник, погребальный обряд.

 

Антропология

Перерва Е.В., Дьяченко А.Н.

Маркер стресса или миграций (К вопросу об интерпретации экзостоза слухового прохода на костных материалах населения эпохи средней бронзы из могильников Нижнего Поволжья)

Предпринята попытка проанализировать случаи ушного экзостоза, обнаруженные на костных останках представителей эпохи средней бронзы с территории Нижнего Поволжья. Всего отмечено четыре случая костных образований в ушном канале, патологии выявлены исключительно у мужчин старше 20 лет. Дано описание палеоантропологического материала, а также приведена подробная интерпретация археологических комплексов, из которых происходят костные останки. Рассмотрены возможные гипотезы появления ушного экзостоза у представителей эпохи средней бронзы с территории Нижнего Поволжья. Причинами его развития могли быть стрессы, возникающие в результате воздействия природно-климатических факторов и в связи со спецификой образа жизни, естественные систематические воспалительные заболевания уха. Однако появление индивидов с ушным экзостозом в эпоху средней бронзы в Нижнем Поволжье, скорее всего, связано с переселением некоторых групп населения, возможно, с территории Закавказья, Северного Кавказа или Северного Причерноморья. Данное предположение соотносится с результатами палеоэкологических, археологических и краниологических исследований, подтверждающими вероятные миграции населения Предкавказья, Кавказа и Северного Причерноморья вследствие экологического кризиса в конце III — начале II тыс. до н.э. на территорию Нижнего Поволжья.

Ключевые слова: ушной экзостоз, эпоха средней бронзы, палеопатология, череп.

 

Зубова А.В., Батанина О.В., Панов В.С., Степанов А.Д., Кишкурно М.С.

НЕОЛИТИЧЕСКОЕ ПОГРЕБЕНИЕ МАТТА В ЦЕНТРАЛЬНОЙ ЯКУТИИ: РЕЗУЛЬТАТЫ АНТРОПОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА

Статья посвящена результатам изучения краниологического, остеологического и одонтологического материала из уникального захоронения Матта в Мегино-Кангаласском районе Республики Саха (Якутия), раскопанного в 1996 г. По калиброванным радиоуглеродным датам погребение относится ко второй половине III тыс. до н.э. По обрядовому контексту оно отличается от традиций как ымыяхтахской, так и белькачинской поздненеолитической культуры, распространенных в этот период на территории Якутии, ориентацией погребенного, отсутствием сопроводительного инвентаря и наличием в погребении лапки зайца, положенной на место отсутствующей кисти руки погребенной женщины. Материалы погребения были обследованы по остеологической, одонтологической и краниологической программе. Результаты анализа полученных данных свидетельствуют о большей близости погребенной в могильнике к носителям ымыяхтахской культуры, чем к белькачинцам. Впервые для поздненеолитического населения Якутии определен изотопный состав костной ткани погребенной. Он свидетельствует о доминировании в ее рационе мясного компонента, низком содержании рыбных продуктов и употреблении в пищу местных растений с типом фотосинтеза С4.

Ключевые слова: Якутия, неолит, ымыяхтахская культура, белькачинская культура, Матта, одонтология, остеология, стабильные изотопы, палеодиета.

 

Пошехонова О.Е., Слепцова А.В.

Население Нижнего Притоболья в переходное время от раннего железного века к средневековью по данным краниологии

Разрозненность и малочисленность введенных в научный оборот краниологических данных по раннему средневековью из Нижнего Притоболья затрудняли исследование расово-генетических процессов, происходивших там в этот ключевой для истории Западной Сибири период. Кроме того, в связи с широким распространением в это время обычая изменения формы головы доступными являлись лишь единичные наблюдения по морфологии черепной коробки. Накопление материалов III–VI вв. н.э. из этого района вызвало необходимость формирования сборной серии, которая позволила бы подробно исследовать особенности антропологического типа населения. В результате анализа межгрупповой изменчивости установлено, что палеопопуляции, оставившие могильники в Нижнем Притоболье в переходный период, были многокомпонентными. Преобладал в структуре населения тип, приближенный по характеристикам к средневековым обитателям таежных областей Западной Сибири, что не исключает факта миграции их на юг в III–VI вв. н.э. В качестве примеси фиксируется европеоидный морфотип, связанный в происхождении с саргатскими племенами.

Ключевые слова: Западная Сибирь, Нижнее Притоболье, палеоантропология, антропологический тип, раннее средневековье, саргатская, бакальская, карымская, кушнаренковская культуры.


 

Этнология

 

Абрамов И.В.

Оленеводство как стратегия жизнеобеспечения манси: факторы возникновения и угасания

Рассматривается становление горно-таежного отгонного оленеводства у сосьвинско-ляпинских манси как переход к новой стратегии жизнеобеспечения. На архивных материалах показано, как олень становится важным элементом хозяйства; доказывается, что конфигурация поселенческой сети, а также социальные связи между этническими группами детерминированы оленной мобильностью. Описываются пространственные отношения, выстроенные вокруг практик отгонного оленеводства, и ситуации, в которых олень определял географию, частоту и периодичность социальных контактов. Тропы оленеводов представлены как важная часть культурной традиции и местного ландшафта. Даны основные вехи оленеводства советского периода в контексте преобразований сельского хозяйства, представлен обзор ситуации в настоящее время, объяснены причины упадка транспортного оленеводства в таежной зоне во второй половине ХХ в.

Ключевые слова: оленеводство, мобильность, манси, жизнеобеспечение, социальная сеть, Северная Сосьва.

 

Истомин К.В., Лискевич Н.А., Уляшев О.И.

Коми-ижемское оленеводство: этнические инварианты и локальные вариации

Поднимается проблема типологизации оленеводческого хозяйства. На основе этнографических материалов, собранных авторами среди локальных групп коми-ижемских оленеводов, сравниваются технологические особенности «классического» коми-ижемского оленеводства с оленеводством наиболее удаленных от него крайних восточных и крайней западной групп ижемских переселенцев. Выявляются специфика ведения хозяйства у разных этноареальных групп и значительные различия в технологическом отношении. В связи с этим ставится вопрос о содержании понятия «ижемское оленеводство» и сферах его применения. Анализ показывает, что это понятие может обозначать технологическую систему оленеводства, сложившуюся у коми-ижемских оленеводов Большеземельской тундры во второй половине XIX в. и в настоящее время не существующую. Комплекс конкретных технологических приемов не имеет единства у большинства современных ижемских оленеводов и в то же время присутствует в оленеводстве других народов, ведущих хозяйство в сходной природно-географической зоне. Сохранившаяся общность комплекса материальной и духовно-нормативной культуры у ижем-ских оленеводов может быть обозначена термином «ижемский оленеводческий комплекс», но его применение в исследованиях традиционного хозяйства и современного оленеводства весьма ограничено.

Ключевые слова: коми-ижемцы, ижемское оленеводство, технология оленеводства, типы оленеводства.

 

Сатаев Р.М.

Общие принципы устройства и функционирования систем жизнеобеспечения традиционных обществ

Рассматриваются общетеоретические вопросы, связанные с особенностями устройства и функционирования традиционных систем жизнеобеспечения. Под системой жизнеобеспечения понимается комплекс взаимосвязанных природных и общественных факторов, в совокупности (через удовлетворение материальных и нематериальных потребностей) определяющих характер существования человеческих коллективов на определенной территории. Общая структура таких систем включает природный, материальный, культурный и социальный блоки. В качестве одного из критериев оценки жизнеобеспечивающих систем предлагается использовать степень их зависимости от конкретных природных условий. В связи с существующей природной зональностью они могут иметь «зональный» или «азональный» характер. «Зональные» системы реализуются в строгой зависимости от конкретных природно-климатических условий и ресурсов, присущих какой-либо природной зоне, а «азональные» — формируются независимо от территориальной приуроченности. «Зональные» системы ориентированы на достижение наилучшего приспособления к природно-ресурсным условиям зоны проживания социума, но сильно специализированы и закрыты для инноваций. «Азональные» системы в большей степени открыты, включают универсальные элементы, которые позволяют им реализовываться в различных природных зонах, но при этом слабее адаптированы к конкретным природным условиям. Таким образом «зональные» системы развиваются в сторону усиления связи-зависимости человеческих коллективов с окружающими условиями, а «азональные» — в направлении автономизации от них. Поэтому можно говорить о двух стратегиях развития жизнеобеспечивающих систем. В развитии систем предлагается выделять две основные фазы: «продуктивную» и «репродуктивную». Выделение фаз основывается главным образом на преобладании в функционировании системы (на определенном отрезке времени) процесса инновации или стереотипизации. На протяжении продуктивной фазы происходит сложение структуры и характера функционирования системы жизнеобеспечения, осваиваются и отбираются оптимальные способы удовлетворения потребностей общества за счет ресурсов конкретной территории в определенных природно-климатических условиях. В репродуктивную фазу происходит преимущественно закрепление и развитие унаследованных от прежних поколений форм, способов и приемов деятельности. Для оценки характера и степени изменений, происходящих в системе, применяются понятия «колебания», «тренд» и «преобразования».

Ключевые слова: система жизнеобеспечения традиционных обществ, зональные и азональные системы, продуктивные и репродуктивные фазы развития.

 

Богордаева А.А.

Атрибутика власти в плечевой одежде духов-покровителей северных хантов в XX — начале XXI в.

Статья посвящена изучению плечевой одежды духов-покровителей. Источниками послужили материалы, полученные в ходе этнографических экспедиций в районы проживания северной группы хантов, и предметы из музейной коллекции. Цель исследования — выявление в плечевой одежде духов-покровителей властных символов и имитаций мундира. Для этого на основе типологического анализа были выделены признаки, отличающие имитации от традиционной одежды, а затем определены исходные виды форменной одежды. Было установлено, что на святилищах северных хантов фиксируется одежда, отличающаяся покроем и украшениями от традиционной. Она представлена двумя типами. К первому типу отнесена одежда форменного образца, ко второму — одежда, ее имитирующая. Для представленных в статье трех имитаций были установлены характерные признаки, позволяющие соотнести их с мундирами определенного исторического периода. Расположение пуговиц попарно в два (три) ряда признано наиболее характерной приметой изучаемой одежды. Исходя из этих признаков был проведен сравнительно-исторический анализ одежды с существовавшими в прошлом военной и гражданской униформами. В результате установлено, что по основным признакам изучаемая плечевая одежда духов-покровителей северных хантов наиболее близка к сюртукам, широко применявшимся во второй половине XIX — начале XX в. в качестве верхнего и дорожного костюма в среде различного рода чиновников и служащих. Также определено, что отличительными чертами этой одежды являлись металлические полусферические пуговицы, которые нашивались в ряд по каждому борту. Часто на таких пуговицах имелась профессиональная и государственная эмблема, знак. Если этот знак соотносился с традиционной символикой хантов, то такие пуговицы наделялись более высоким статусом; по возможности их выменивали, покупали и использовали для украшения одежды духов-покровителей.

Ключевые слова: одежда, костюм, халат, куртка, сюртук, северные ханты, духи-покрови-тели, мундир, униформа, пуговицы, символы власти, имитация.

 

Поплавский Р.О., Темплинг В.Я., Черепанов М.С., Шишелякина А.Л.

Адаптация социокультурных сообществ в переходные периоды модернизации: концептуальная рамка исследования российского региона

Одним из наиболее авторитетных в общественных науках методологических подходов к объяснению закономерностей развития человечества является модернизационная парадигма. Ее основными исследовательскими трендами стали верификация прежних и создание новых теорий модернизации на основании анализа данных, охватывающих изменения в десятках стран за период в несколько десятилетий, и детализация «больших теорий» посредством исторических, социологических, культурологических и других исследований на местном уровне. Цель авторов статьи — разработка концептуальной рамки исследования модернизации в русле второго направления. С учетом опыта предшественников авторы предлагают концептуальную рамку исследования механизмов социокультурных изменений в Западной Сибири в период ХVIII–ХХI вв.

Ключевые слова: модернизация, переходные периоды модернизации, социокультурные сообщества, культурная адаптация.

 

Агапов М.Г.

«Центр почти всего»: филиал вуза в малом северном городе (на примере ХМАО и ЯНАО)

Рассматривается феномен «образовательного бума» на Тюменском Севере в 1990–2000-е гг., выразившийся, в частности, в масштабной «филиализации» малых северных городов, когда едва ли не в каждом из них появились филиалы высших учебных заведений. Филиал вуза представлял собой сетевую структуру, объединяющую широкий спектр разнообразных факторов: администрация базового вуза, преподаватели-«вахтовики», студенты и родительское сообщество, органы муниципального образования, представители местных промышленных предприятий, бизнес-сообщества и т.д. Иначе говоря, филиал прямо или косвенно был связан со всеми важнейшими сторонами жизни малого северного города, встроен в мозаику его повседневных коммуникаций. Функции филиалов крупных государственных вузов не ограничивались предоставлением образовательных услуг. В рассматриваемый период филиал являлся одним из мест сборки локального сообщества. Кроме того, благодаря деятельности вузовского филиала налаживались каналы связей между малым северным городом и «землей». Деятельность филиалов в период «бума» 1990–2000-х гг. до сих пор не получила взвешенной всесторонней оценки. Если в отношении вузовских филиалов о чем-то и можно сказать с уверенностью, то лишь о том, что на какое-то время они стали важной частью социального ландшафта малых северных городов, тем его элементом, без учета которого общая картина вряд ли будет полной.

Ключевые слова: малый город, Тюменский Север, филиал высшего учебного заведения, миграция.

 

Палеоэкология

 

Арефьев С.П., Зах В.А.

ДРЕВЕСНО-КОЛЬЦЕВЫЕ ХРОНОЛОГИИ КАК ПОКАЗАТЕЛЬ КОЛЕБАНИЯ УРОВНЯ ВОДЫ В АНДРЕЕВСКОЙ ОЗЕРНОЙ СИСТЕМЕ В НАЧАЛЕ XIX XXI в.

Статья посвящена анализу древесно-кольцевых хронологий современной сосны, произрастающей на разных гипсометрических отметках относительно современного уровня Андреевских озер на гривах террасовидных образований, пойменных пониженных участках и рямах. В ходе исследования составлено восемь кольцевых хронологий, рассмотрена зависимость ширины колец от различных природных факторов, таких как пожары, энтомовредители и собственно колебание грунтовых вод, отражающих уровень озер Андреевской системы. Выявлены эколого-биологические закономерности, определяющие формирование годичных колец сосны в районе озера в связи с изменением его уровня. Наиболее длительная хронология с побережья озера протяженностью 197 лет (с 1821 г.) подтвердила низкий уровень воды в озере, зафиксированный на карте землемера Василия Филимонова, составленной в ноябре 1829 г. Рассмотрено использование хронологий, основанных на разности ширины годичных колец сосны по принципу контрастных биотопов (высокий — низкий; суходол — торфяник), показаны ограниченные возможности реконструкций такого рода по отдельным кольцевым хронологиям. Построена разностная хронология протяженностью 174 года (с 1843 г.), верифицированная рядом исторических свидетельств, результатами изучения озер юга Западной Сибири и картографическими материалами последних десятилетий. Данная разностная хронология (в комбинации с отдельными кольцевыми хронологиями) рекомендуется в качестве основы при реконструкции уровневого режима озера. Уточнение полученных амплитуд колебаний возможно в ходе дальнейших дендрохронологических реконструкций с использованием старой строительной и ископаемой (в торфяниках) древесины.

Ключевые слова: Андреевская озерная система, древесно-кольцевые хронологии, годичные кольца, пожары, энтомовредители, уровень озер.

 

Бикмулина Л.Р., Якимов А.С., Куприянова Е.В., Чечушков И.В., Баженов А.И.

ГЕОХИМИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ЗОЛЬНИКА ПОСЕЛЕНИЯ БРОНЗОВОГО ВЕКА СТРЕЛЕЦКОЕ-1 ЛЕСОСТЕПНОГО ЗАУРАЛЬЯ

Проведены геохимические исследования зольника поселения бронзового века Стрелецкое-1 лесостепного Зауралья и современной почвы в его окрестностях. Получены данные о распределении фосфора, калия, кальция, марганца, серы, железа, титана, рубидия, ванадия, кобальта, цинка, стронция в культурных слоях зольника, погребенной под ним почве, а также современной почве в его окрестностях. Статистический анализ выборок данных показал их высокую значимость. Выявлено, что зольник выполнял санитарно-бытовые функции и мог эпизодически использоваться в ритуально-бытовых целях. Кроме того, это комплексный объект планиграфии, который отражает общие особенности хозяйственной деятельности. Подтверждены выводы, что значительную роль в хозяйстве древнего населения играло скотоводство при наличии гончарного, каменного и косторезного производств.

Ключевые слова: зольник, химический элемент, культурный слой, почва, t-статистика, критерий Стьюдента, эпоха бронзы, поселение, Зауралье.

 

Зах В.А.

ПИЩЕВЫЕ РЕСУРСЫ И ЖИЗНЕОБЕСПЕЧЕНИЕ НАСЕЛЕНИЯ В III тыс. до н.э. НА ТЕРРИТОРИИ АНДРЕЕВСКОЙ ОЗЕРНОЙ СИСТЕМЫ

На основе реконструкции палеоландшафтов рассматривается пищевая ресурсная база территории Андреевской озерной системы в III тыс. до н.э. Анализируются комплексы шапкульской, байрыкской и андреевской культур, носители которых представляют типичные коллективы с присваивающим хозяйством, базирующимся главным образом на сетевом рыболовстве и, возможно, добыче рыбы ловушками. О сетевом рыболовстве свидетельствуют поселения, расположенные, как правило, у воды, распространение культурного слоя, содержащего обломки глиняных грузил, на побережье озер. Охота, вероятнее всего, играла вспомогательную роль. В рацион питания могли входить мясо копытных животных и птицы, рыба, яйца и различные дикоросы. Из расчета энергозатрат в день для мужчины — 2700 ккал, женщины — 2100 ккал следует, что для нормального жизнеобеспечения человеку необходим годовой объем рациона, состоящий приблизительно из 73 кг мяса животных, 73 кг мяса птицы, 365 кг рыбы и 730 шт. яиц. Дикоросы, очевидно, также входили в меню, но их количество рассчитать сложно. Исходя из всей полноты ресурсов Андреевской озерной системы полагаем, что единовременно на ее территории могло проживать более 300 чел., а исходя из возможно добывавшегося объема ресурсов — около 80 чел. Наиболее вероятно, что проживали они в одном или двух поселках. Это количество сопо-ставимо с числом обитателей инородческих юрт согласно сведениям с карт 1701 г. С. Ремезова и 1829 г. В. Филимонова. На наш взгляд, тезис о том, что увеличившееся в III тыс. до н.э. количество памятников связано с возрастанием численности населения, занимавшегося сетевым рыболовством, не имеет оснований.

Ключевые слова: Притоболье, Андреевская озерная система, ресурсы, жизнеобеспечение, количество населения.

 

Сергушева Е.А., Морева О.Л.

Земледелие в Южном Приморье в I тыс. до н.э.: карпологические материалы поселения Черепаха-13

Коллекция карбонизированных семян растений из заполнений жилищ янковской (2800–2000 л.н.) и кроуновской (2500–1900 л.н.) культур раннего железного века памятника Черепаха-13 в Южном Приморье содержит остатки культурных растений. Для двух хронологических этапов заселения прибрежного поселка носителями янковской культуры установлено присутствие одинаковых видов культурного проса (итальянского и обыкновенного). Но материалы позднего этапа заселения демонстрируют увеличение остатков культурных растений в отложениях и, возможно, расширение их видового состава (голозерный ячмень, соя культурная). Эти данные свидетельствуют о значимой роли земледелия у янковцев, чья экономика была ориентирована на эксплуатацию морских ресурсов. Для последующего, кроуновского времени установлено выращивание итальянского, обыкновенного и японского проса. Японское просо обнаружено на памятнике первобытного времени в Приморье впервые. Предположение о ведущей роли ячменя у кроуновцев новыми данными не подтверждается.

Ключевые слова: земледелие, флотация, семена, итальянское, обыкновенное и японское просо, ячмень, соя, ранний железный век, I тыс. до н.э., юг Дальнего Востока России.

 

Сизов О.С., Идрисов И.Р., Молчанова К.В.

Опыт реконструкции исходных ландшафтов с использованием крупномасштабного картирования территории Андреевской озерной системы (междуречье Туры и Пышмы)

Ретроспективный (палеоландшафтный) анализ геосистем — один из важнейших методов осуществления принципа историзма и оценки условий природопользования в голоцене. В работе представлены результаты крупномасштабного картирования исходных ландшафтов территории Андреевской озерной системы (междуречье Туры и Пышмы). Всего в ходе ландшафтного исследования, основанного на разнородных материалах (космических снимков, топографических карт, полевых изысканий), было выделено 170 видов урочищ, принадлежащих 9 типам местности. Для составления карты использовались как визуальные, так и автоматизированные методы классификации дистанционных данных для повышения достоверности результата. Итоговый векторный слой содержит подробную информацию о рельефе, типе почвы и растительности для каждого элементарного ландшафтного выдела, что позволит в дальнейшем использовать полученную карту в качестве фактической основы при оценке ресурсной базы данной территории для древнего и современного населения с присваивающей экономикой. Проведен анализ методов палеоландшафтной реконструкции, предложены основные подходы к дальнейшему моделированию ландшафтной структуры территории в голоцене.

Ключевые слова: реконструкция исходных ландшафтов, крупномасштабное картирование, дешифрирование, дистанционное зондрование, палеоландшафты, ресурсная база, система жизнеобеспечения.

 

№ 3 (38) (2017)

Археология

Ilyushina V.V.

TECHNOLOGY OF POTTERY PRODUCTION AMONG THE CHERCASKUL CULTURE POPULATION IN THE LOWER TOBOL BASIN (ON THE MATERIALS OF THE SETTLEMENT OF KHRIPUNOVSKOYE 1)

The article presents the results of technical and technological analysis regarding a pottery complex of the Cherkaskul culture from the settlement of Khripunovskoye 1 located in the forest-steppe area of the Tobol River basin. The analysis is made within the framework of historical and cultural approach and the structure of the pottery industry, developed by A.A. Bobrinsky. The conducted research revealed heterogeneity of the traditions that existed among Cherkaskul potters of the settlement Khripunovskoye 1. The potters used two types of soft raw material: clays and silty clays. Analysis of the moulding masses showed a variety of artificial impurities, which were used by the potters. Chamotte used with various organic impurities was a dominant tradition, but also they used talc, crushed quartz, calcined bone, crushed river moluscan shells. The construction of «seed-bodies» of the vessels was manufactured in accordance with the bottom-capacitive program. The vessels were made by the method of sculptural modeling on a plane and with the help of a form-basis. The «seed-bodies» and the hollow bodies of the vessels were constructed using patches. The surface treatment of the ceramics was carried out mostly by a simple method of smoothing with hard tools, after which the walls of the vessels were polished. The vessels were fired in simple hearths. Basing on the data obtained and comparing them with information from other territories, it is possible to say that groups of the Cherkaskul population in the Lower Tobol region appeared as a result of their migrations, most likely from the territories associated with the Ural region.

Key words: Lower Tobol basin, the settlement of Khripunovskoye 1, the Chercaskul culture, pottery, technical and technological analysis, ornamentation.

 

Orfinskaya O.V., Tolmacheva E.G., Belova G.A.

LATE ANTIQUE TEXTILES FROM THE GRAVE 213 (DEIR AL-BANAT, FAYUM, ARE)

This paper is aimed to study Egyptian textiles from the grave 213 dated to 5–7 AD that belongs to the Deir al-Banat necropolis (Fayum). These textile finds are published for the first time which would extend our know-ledge on Egyptian Late Antique burial custom and would further enrich our understanding of the function that textiles had in Egyptian funeral practice. Moreover, the data from this burial would help us to study Egyptian weaving technologies of that time. The textile finds from the grave 213/1 are rather diverse. The male body from the grave was stretched out on its back with the head towards the west. It was dressed in three wool and one (closest to the body) linen tunics and wrapped in the fourth wool tunic. A rectangular linen cloth covered the face of the deceased. The head was resting on a pillow, under which an unfinished wool rectangular textile was found. A similar pillow was placed at the foot of the man. Fourteen textiles of different quality were used to wrap the body. Twelve of them were of a poor quality («wrappings» or «coarse funeral shrouds»). Two other textiles from the upper layer of the «wrappings» (probably, reused furnishing textiles) quite differed from the ordinary coarse shrouds. There are different groups of textiles: reused furnishing textiles, coarse funeral shrouds, tunics. Coarse shrouds with simple decorations were woven presumably on a vertical loom with two beams. This kind of loom was rather primitive and could have been used in small workshops specializing in production of large number of low quality textiles for burial needs. The woven-to-shape three-piece tunics and furnishings were not produced on the same loom as the coarse shrouds. Both one-piece and three-piece tunics have starting/finishing borders and were attached to a wooden bar or string but not simply looped around the beam. All these objects were rather heavy and demanded certain skills from a weaver. Besides large and complicated looms, Egyptian weavers could have probably used rather small and simple devices such as a band loom with a rigid heddle. Textiles of different functions were used in burial practice. Among them were both textiles specially intended for burial (coarse funeral shrouds) and reused lifetime items (tunics, furnishing textiles). From other archaeological sources, it is known that Egyptians of Late Antiquity did not have special garments for funeral. The economic context of the textiles from the grave 213 is rather unclear. Some of the objects could have been produced in small household workshops, the others demand professional skills.

Key words: Late Antique Egyptian textiles, burial custom, textile technologies, «Coptic textiles».

 

Berlina S.V., Kostomarov V.M., Rafikova T.N., Novikov I.K., Tkachev А.А.

THE MEDIEVAL SETTLEMENT OF ISETSKOIE 2 IN THE ISET RIVER BASIN

The article deals with materials of excavations at Isetskoie 2, an unfortified settlement of the Middle Ages, located in the Lower Iset River basin. The published materials are important due to poor previous study of unfortified settlements of the Bakal culture. The place is single-layered which makes it a valuable source for reconstruc-ting house-building traditions and material culture of the Medieval population of the forest-steppe zone of the Trans-Urals. A representative series of radiocarbon dates allows us to refresh a problem of chronology of the Medieval antiquities of the Tobol-Ishim interfluve, indicating that the Bakal culture functioned throughout the Early and High Middle Ages. Fifteen buildings were studied during excavations at the settlement, three types of buil-dings were distinguished: above-ground buildings with log-framed or light-framed walls and deepened framed and pillared buildings. Dwellings erected in log technique were found at a site of the Bakal culture for the first time. Among the buildings, both temporary seasonal dwellings and outbuildings are singled out. The ceramic material of the settlement is represented by vessels of the Bakal culture, separate fragments of Kushnarenkovo dishes which often accompany the Bakal complexes in the territory of Western Siberia, are found as well. Statistical analysis of the ceramic material and a series of radiocarbon dates indicate that the settlement functioned for a long period of time, in the III–XII centuries AD. A lack of system in arrangement of the buildings, weak saturation of the cultural layer, absence of fireplaces inside the buildings, characteristics of the inventory allow us to conclude that the settlement was seasonal.

Key words: Middle Ages, forest-steppe Trans-Urals, the Bakal culture, dwellings, ceramics, chronology.

 

Tataurov S.F., Tikhonov S.S.

SPECIFICS OF PLANIGRAPHY АND IMPROVEMENT OF A SIBERIAN TOWN IN XVI–XVIII CENTURIES

The results of 2007–2016 archaeological excavations of Tara and historical materials on the town planigraphy in the period under consideration gave birth to this work. The study made it possible to reconstruct the history of the territorial development of the town from its foundation until the adoption of an unified urban plan in 1775. The survey allowed to identify the principles of foundation and development of a Siberian Russian city at the end of XVII–XVIII centuries. During the work, we tried to determine the importance of such factors as defenses, availability of transit routes, fire safety, etc. for the development. In the course of excavations at Tara fortress, archaeologists from the Omsk Branch of Institute of Archaeology and Ethnography SB RAS excavated about 1500 m2 of the cultural stratum with a capacity of 2 m and more. We received information about different aspects of the culture of Tara population at the end of the XVI–XVIII centuries, including about the fortress planigraphy and conditions of its streets. Furthermore, considering the geographical features of the location of Tara stronghold, the authors have studied the roads leading to it. The article presents the results of these works considering the roads leading to Tara fortress from different angles, transitions across the rivers that surrounded it, Tara streets, transformation of planigraphy of the fortress in the late XVIII century. Tara fortress was built with the use of natural barriers. From the West, it was well protected by a marsh and a river. From the East, the road to the castle was complicated by the Irtysh floodplain and the Arkarna River's tributaries. There were only three roads to get to the city, which were covered by the towers of the fortress. Nowadays, these roads turned into streets and are used to travel more often than others located between them. By the end of the XVIII century, Tara had gradually become one of the most comfortable and clean town in Siberia. The town dealt with fires, and arrangements for drainage of wetlands solved the problem of mud at Tara streets. In general, the system of roads leading to Tara started to develop since the fortress was established, correct geometric planigraphy of the town began to take shape in the second half of the eighteenth century, taking into account the existing road. At the same time, indiscriminate housing development disappeared and improvement of the streets began.

Key words: archaeology of Russian Western Siberia, Tara fortress, spatial archaeology, transport, planigraphy.

 

Vinogradov N.B.

ABOUT THE BENEFITS OF STUDYING CORRESPONDENCE OF ARCHAEOLOGISTS (A LETTER FROM N.N. BORTVIN TO K.V. SALNIKOV)

The paper contains the analysis of a letter of archeologist N.N. Bortvin to archaeologist K.V. Salnikov. The text is filled with precious information on the history of archaeology in the Urals and in the Trans-Urals in the 1920–1930th years, and information about known archaeological sites of the Southern Urals and Trans-Urals.

Key words: Southern Urals, Trans-Urals, history of Ural archaeology, archaeological sites, museums of the Urals.

 

Антропология

Солодовников К.Н., Тур С.С.

К антропологии неолитического населения Барнаульского Приобья (по материалам могильника Фирсово XI)

Исследованы краниологические материалы эпохи неолита из могильника Фирсово XI близ г. Барнаула. Серия насчитывает 7 мужских и 3 женских черепа разной степени сохранности и характеризуется промежуточным между европеоидами и монголоидами строением лицевого отдела, в ее составе присутствуют черепа с более европеоидным и более монголоидным обликом. По результатам межгруппового сравнения они в среднем морфологически сильно различаются с сериями афанасьевской культуры Горного Алтая. Серия Фирсово XI наиболее сходна с неолитическими группами северных предгорий Алтая, также проявляется сходство с синхронными сериями Новосибирско-Каменского Приобья, Кузнецкой котловины, Барабинской лесостепи, Омского Прииртышья, Северного Казахстана и лесостепного Зауралья. Выявляется сходство и с группами Циркумбайкальского региона как отражение расогенетических связей его населения с неолитическими популяциями предгорных районов Алтая. Мужская серия также очень сходна с серий неолита — раннего энеолита Волго-Уральского междуречья. Выдвигается гипотеза о существовании в добронзовую эпоху антропологической общности древнего населения равнинных лесостепных областей Евразии. В составе группы Фирсово XI ощущается присутствие и антропологического компонента, относящегося к южной евразийской антропологической формации.

Ключевые слова: неолит, Фирсово XI, палеоантропология, краниометрия, европеоиды, монголоиды, Западная Сибирь, лесостепь.

 

Худавердян А.Ю., Акопян Н.Г., Жамкочян А.С., Енгибарян A.A., Оганесян А.А.

АНТРОПОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИНДИВИДОВ IX–XI вв. ИЗ ПАМЯТНИКА ДВИН (АРМЕНИЯ) СО СЛЕДАМИ РОСТОВЫХ НАРУШЕНИЙ

Независимо от эпохи и среды обитания люди в большей степени обращают внимание на неординарные и непохожие, нежели на повсеместно встречающиеся и привычные, явления. Данная статья о необычных индивидах IX–XI вв. из Двина, у которых обнаружены следы задержки ростовых процессов. В работе обсуждаются индивидуальные особенности краниологических, краниоскопических, одонтологических, остеологических и палеопатологических характеристик двух индивидов. На основе всестороннего антропологического изучения находoк предпринята попытка реконструировать образ жизни погребенных. Из-за отсутствия костей посткраниального скелета индивида № 1 мы можем констатировать только микроцефалию. Маркеры эпизодического стресса (гипоплазия эмали, cribra orbitalia) у данного индивида указывают на системное воздействие негативных факторов, таких как инфекции, частые периоды голодания, которые препятствовали нормальному развитию организма в период детства. Скелет № 2 характеризуется гипофизарной карликовостью (синдром Ларона). Исследование костей скелета показало присутствие нехарактерных для столь молодого возраста серьезных патологий, связанных с чрезмерными физическими нагрузками. Можно предположить, что карлик был гистрионом. На двух диафизах большеберцовых костей имелись хорошо заметные на рентгеновских изображениях линии Гарриса, или линии задержки роста. У индивида № 2 фиксируется другой маркер ростовых задержек — эмалевая гипоплазия. Наличие одного из индикаторов диеты (зубного камня) и отсутствие кариеса указывают на сходство ингредиентов питания у двух индивидов — вязкой, возможно, белкового происхождения еды.

Ключевые слова: Армения, Двин, IX–XI вв., палеоантропология, краниология, одонтология, остеология, палеопатология, карликовость Ларона, гистрионы.

 

Этнология

Богордаева А.А.

Жертвенные платки манси (типология и функции)

Цель данного исследования — систематизация сведений о платках, приносимых в дар духам-покровителям у манси. Анализ производится на основе типологического метода. Рассматриваются материалы и украшения платков, способы из накидывания и повязывания, функции, которые они выполняют в обрядах и на святилищах. Исследование опирается на сведения, полученные в ходе этнографических экспедиций, изучения музейных коллекций и этнографической литературы. Определено, что на современных святилищах манси платки относятся к наиболее распространенным видам жертвенных приношений. Их дарят духам-покровителям как женского, так и мужского пола. Отличительным признаком жертвенных платков является монета, завязанная в уголок. Особый статус имеют платки с пришитыми подвесками из бисера, бус, с колокольчиками или бубенчиками. Выделено два типа жертвенных платков: самодельные и фабричного производства. На святилищах жертвенные платки выполняют ряд утилитарных функций. Они входят в состав костюма изображений духов-покровителей в качестве головных уборов, поясов, накидок, покрывал, перевязей и пр. Иногда они полностью заменяют одежду у изображений духов-покровителей. Часто платки составляют основу фигуры, изображающей духа-покровителя. Ими покрывали шкуру медведя во время медвежьего праздника. В семейной обрядности жертвенный платок выполняет магические (апотропейную и карпогоническую) функции. Такой платок специально готовят для духа-покровителя перед родами, а во время похоронного обряда кладут в гроб к умершему.

Ключевые слова: манси, одежда, костюм, платки, шали, украшения, духи-покровители, святилища, ткани, типологический анализ, образы божеств, этнографические исследования.

 

Голева Т.Г.

Терминология и содержание ритуалов коми-пермяцкой свадьбы

Статья посвящена изучению некоторых компонентов свадебного обряда коми-пермяков. В исследовании решается несколько задач. Во-первых, рассматриваются свадебные термины, обозначающие отдельные свадебные акты и ритуалы. Во-вторых, проводится сравнительный анализ свадебных традиций коми-пермяков и русских. Решение данных задач позволяет выявить аналогии с русскими локальными обычаями и этническую специфику свадебной обрядовой культуры коми-пермяков. Большую часть терминов свадебных актов и ритуалов у коми-пермяков составляют заимствованные русские названия. Кроме этого, существуют обозначения на коми-пермяцком языке, часть которых появилась вследствие влияния русской лексики. Остальные термины можно назвать результатом развития собственного языка в рамках обрядовой культуры. Система свадебной терминологии у коми-пермяков довольно сложная, так как в ней не только сочетается лексика разных языков, но и существуют разные локальные варианты обозначений одного ритуала. Более подробно рассматриваются те ритуалы и свадебные акты, которые вызывают вопросы или по своему названию предполагают этническую специфику. Анализ содержания обычаев показывает, что наиболее важный их момент — действие или его символическое значение — отражается в названии. Возможно, наличие разных названий одного ритуала связано с изменениями в свадебном обряде, которые происходили у отдельных локальных групп коми-пермяков. При сравнительном анализе коми-пермяцких и русских свадебных традиций более всего сходства обнаружено с русскими Прикамья и Европейского Севера. Часть рассмотренных в статье ритуалов и свадебных актов можно назвать уникальной коми-пермяцкой традицией, так как полностью аналогичных им русских обычаев не обнаружено. Это такие ритуалы и акты, как угощение пельменями на девичнике; кудпыдöс — подача угощения гостям, которые не были приглашены на свадьбу; обычай, при котором свекровь дарит снохе платок, укладывая его ей (молодым) на плечи.

Ключевые слова: свадебный обряд, коми-пермяки, свадебная терминология, рукобитье, пельмени, купание невесты.

 

Волжанина Е.А.

Демографический облик ненцев Ямала по материалам Всероссийских переписей XXI в.

Статья посвящена изучению этнодемографического потенциала ненцев Ямало-Ненецкого автономного округа в XXI в. Для достижения поставленной цели анализируются демографические характеристики ненцев с использованием идей Новосибирской экономико-социологической школы о демографической безопасности и К.Б. Клокова и С.А. Хрущева об этносах-демосах и этносах-социумах. В основу работы положен комплекс опубликованных и неопубликованных данных всероссийских переписей населения 2002 и 2010 гг. В процессе исследования выявляются общие и особенные демографические черты, характеризующие ненцев, показатели сравниваются с данными по другим этническим группам, главным образом по русским. Рассматривается динамика численности ненцев в целом, а также в городах и сельской местности Ямало-Ненецкого автономного округа, обращается внимание на особенности формирования их городской группы. При анализе демографических процессов и демографического поведения акцент сделан прежде всего на характеристиках половозрастных структур и количестве детей, рожденных женщиной в течение жизни. Кроме того, приводятся показатели, характеризующие естественное движение населения ЯНАО по отдельным национальностям, включая ненцев, за 2000–2008 гг. Отмечается, что характер изменений показателей в первом десятилетии XXI в. свидетельствует о восприятии демографических стереотипов поведения доминирующего общества ненцами, как живущими в поселках, так и кочевниками. В целом, согласно полученным выводам, депопуляция не грозит ненцам Ямало-Ненецкого автономного округа. По данным всероссийских переписей, в первом десятилетии XXI в. у них сложилась благоприятная демографическая ситуация. Однако современные тенденции указывают на существование некоторых демографических рисков, прежде всего связанных со взглядом на количество детей в семье и многодетность.

Ключевые слова: ненцы, Ямало-Ненецкий автономный округ, демография, Всероссийская перепись, половозрастная структура населения, городское и сельское население, город, село, количество детей в семье.

 

Нанзатов Б.З., Содномпилова М.М.

Тункинские буряты в XIX в.: этнический состав и расселение

Представлено исследование по этническому составу тункинских бурят, их расселению на территории бывшей Тункинской степной думы, разделенной в 1890 г на четыре части — Торскую, Койморскую, Харибятскую инородные управы и Окинское отдельное родовое управление. Cоздание первых бурятских территориально-административных образований — мирских изб и степных контор и их дальнейшее развитие до степных дум привели к формированию этнотерриториальных групп бурятского населения, идентичность которых сохраняет актуальность по сей день. Одной из таких групп являются тункинские буряты. Этнический состав тункинских бурят, расселенных на территориях России, граничащих с Монголией, представляет особый интерес с точки зрения проживания этой группы в трансграничье. Буферный статус территорий Восточного Присаянья привел к сохранению и оседанию в этом регионе различных тюркских, монгольских, самодийских племен, таких как хурхут, далахай, хонгодор, хойхо, чалдар, тэртэ, шошолок и др. Также среди бурят было расселено племя иркитов. Его происхождение связано с самодийскими народами, жившими в Присаянье задолго до тюркских и монгольских племен. Некоторые из них сохранили традиционное оленеводческое хозяйство в
XIX в. Статья написана в продолжение дискуссии о происхождении и связях малых бурятских племен с монгольскими и тюркскими племенами Центральной Азии и Южной Сибири. На основе историко-лингвистического анализа макроэтнонимов предложена авторская версия происхождения этнических групп, сформировавших этнотерриториальную группу тункинских бурят. Реконструкция сети расселения бурятских этнических групп на исследуемой территории в XIX в. позволила представить наиболее полную картину расселения тункинских бурят и иркитов с указанием максимально возможного числа улусов, деревень и сел, существовавших в конце XIX в. На авторских картах обозначены статус территорий, соотношение и плотность расселения бурятских племен.

Ключевые слова: этническая история, этноним, расселение, этническое картирование, лингвистический анализ, буряты, самоеды, тюрки, монгольские народы.

 

Киссер Т.С.

Ракурсы этничности немцев Среднего Урала

Статья посвящена локальной группе российских немцев, проживающей на Среднем Урале (Свердловская область). В данном исследовании рассматриваются особенности этноистории, сегодняшнего самосознания и сложной идентичности этой группы. Знаковыми для немцев Среднего Урала оказываются в основном эпизоды российской и региональной (уральской) истории: манифест Екатерины II, депортация, трудармия, реабилитация. Европейско-германские сюжеты выражены в исторической памяти значительно слабее; зато они присутствуют в религиозно-обрядовой сфере (например, пасхальный заяц — Osterhase). Ярким символом российско-немецкой идентичности, в том числе для уральских немцев, является Волга. В 1960-е гг. советские немцы начинают движение за реабилитацию своего народа, восстановление территориальной автономии и культуры. Одним из лидеров этого движения был уралец Иван Кроневальд. В 1990-е гг. немцы Урала активно инициируют этнопроекты: появляются общественные объединения, центры встреч и культуры, основная цель которых — восстановление утраченных этнокультурных основ. Однако движение за восстановление автономии российских немцев обратилось в эмиграцию в Германию.

Ключевые слова: российские немцы, Средний Урал, этноистория, идентичность, символы этничности, этнопроекты.

 

Рязанова С.В., Логвинов Р.Н., Дроздов С.Т.

Эволюция антропного мифа в мифологии США: Причины, предпосылки, логика

Эволюция мифа о герое как центральном антропном образе в мифологии США обусловлена его сложным характером и ступенчатым мифогенезом. К первой ступени формирования героического мифа мы относим появление спонтанных сюжетов со значительной долей региональной специфики, где отправной идеей стал демиургический миф о фронтире. Базовые мифообразы конструируются на архетипическом основании, наполняясь содержанием благодаря протестантскому контексту и процессам расширения культурной ойкумены страны. Сложившиеся в его границах образы национальных героев как символов народа и заместителей идеи первопредка до 1920-х гг. составляли основной пласт антропологических мифов США. Совокупность внешних факторов развития страны — активная урбанизация, секуляризация культуры, Первая мировая война, Великая депрессия — послужили толчком для трансформации героического мифа. Героев фронтира отодвигают супергерои, чьи образы сочетают в себе сверхчеловеческие и нечеловеческие черты. Их образы заполняют нишу национальной мифологии, связанную с презентацией архетипических паттернов и традиционных сюжетов, вытесняя героику фронтира в сферу своеобразной агиографии, рекламы и гламура, что приводит к изменению атрибутики, символического и знакового ряда. Супергерой возникает на стыке процессов секуляризации, возвышения идеи человека, омассовления и технологизации культуры с сохранением базового архетипического компонента.

Ключевые слова: миф, национальная мифология, мифогенез, культура США, герои фронтира, Поль Баньян, Дэви Крокетт, супергерои.

 

Палеоэкология

Афонин А.С., Иванов С.Н., Рябогина Н.Е.

Природное окружение населения Приишимья на рубеже бронзового и железного веков (по данным палеоботанических исследований городища Марай-1)

Статья посвящена анализу новых археоботанических данных из культурных слоев городища Марай 1 (лесостепное Приишимье, юг Западной Сибири), реконструкции природного окружения и оценке его роли в изменении хозяйства. Выполнено сравнение состава макроостатков и спорово-пыльцевого комплекса культурных слоев двух этапов обитания — переходного времени от бронзы к железу и начала раннего железного века. В целом показано, что поселение функционировало в окружении открытых луговых ландшафтов на протяжении двух фаз обитания. Реконструкция локальных природных условий на рубеже бронзового и раннего железного веков не выявила признаков экологического кризиса или значительных изменений облика растительности, которые могли бы быть причиной реверса в сторону присваивающего хозяйства.

Ключевые слова: природное окружение, макроостатки, палинология, рубеж бронзового и железного веков, хозяйство, лесостепь, Западная Сибирь.

 

Рассадников А.Ю.

Результаты археозоологических исследований на поселениях Большая Березовая-2, Малая Березовая-4 и Александро-Невское-II в Южном Зауралье

Вводятся в научный оборот результаты обработки археозоологических коллекций трех поселений позднего бронзового века Южного Зауралья. Особый акцент при исследовании сделан на палеопатологическом анализе и обсуждении явления остеофагии среди домашних копытных. Предложены модели скотоводства для рассматриваемых поселений. Изучение коллекций всех трех памятников показало, что они являются поселениями скотоводов с ведущей ролью животноводства в системе пищеобеспечения. Система и традиции животноводства были относительно едиными на всех поселениях и во все представленные культурно-хронологические периоды. Палеопатологический анализ не выявил неудовлетворительных условий содержания и проблем со здоровьем у домашнего скота. Наличие остеофагии среди домашних копытных косвенно может указывать на молочную эксплуатацию коров и круглогодичное содержание части скота на поселениях.

 Ключевые слова: бронзовый век, Южное Зауралье, алакульская культура, археозоология, животноводство, остеофагия копытных, палеопатология.

 

 

№ 2 (37)  (2017)

Археология

Зах В.А.

О гребенчато-ямочной орнаментальной традиции и периодизации неолита Нижнего Приишимья

Рассматриваются время формирования и ареал гребенчато-ямочной орнаментальной традиции и связанная с этим процессом периодизация неолита Нижнего Приишимья. Отсутствие «коридоров» в Приишимье, Прииртышье и Барабу с северо-западных, западных и северных территорий, маркированных памятниками, в комплексах которых имелась бы керамика с гребенчато-ямочной орнаментацией, а также отсутствие в предполагаемых некоторыми исследователями «метрополиях» достаточно ранних центров с этой традицией, скорее всего, свидетельствуют о ее сложении в пределах Приишимско-Барабинского региона. Основой для ее формирования, вероятно, служили местные комплексы с отступающе-прочерченной, отступающе-прочерченно-гребенчатой орнаментацией, которые уже на ранних этапах неолита в регионе содержали повышенное количество, правда, одиночных рядов ямок или ямок различных форм, заполняющих разные зоны сосуда. О времени формирования гребенчато-ямочной, а точнее, оступающе-гребенчато-ямочной традиции свидетельствуют стратиграфическое залегание данных комплексов выше боборыкинско-кошкинских на поселениях Боровлянка 2 и Автодром 2/2 и перекрывание такого комплекса жилищами с керамикой, близкой к сосновоостровской, на поселении Серебрянка 1. Исследование в Приишимье, на поселении Мергень 7, комплекса, близкого к козловскому, следующему хронологически за кошкинскими, позволяет поместить кокуйские материалы (отступающе-прочерченно-гребенчатые) в периодизационной схеме Приишимья между козловскими и близкими к сосноостровским поселения Серебрянка 1, расположенного на западной границе ареала. Внутри его, где последние (гребенчатые) материалы неизвестны, схема развития гребенчато-ямочной орнаментальной традиции могла быть иной, исключающей перерыв между кокуйскими и екатерининскими комплексами. Материалы поселения Мергень 7 сужают период начала формирования рассматриваемой традиции; учитывая корреляцию калиброванных дат памятников Мергень 7, Серебрянка 1, Протока и Сопка 2, считаем, что это время, скорее всего, между V и IV тыс. до н.э.

Ключевые слова: Западная Сибирь, Приишимье, Бараба, отступающе-гребенчато-ямочная, гребенчато-ямочная орнаментальная традиция, периодизация.

 

Еньшин Д.Н., Скочина С.Н.

Орнамент на изделиях из кости и рога неолитического комплекса поселения Мергень 6

Статья посвящена анализу орнаментированных изделий из кости и рога неолитического комплекса поселения Мергень 6 (лесостепное Приишимье). С помощью трасологического метода проведен анализ технологических приемов нанесения изображений, выполнена микрофотофиксация следов их нанесения на поверхности предметов. В ходе исследования выделены две группы изображений — метки и орнаменты. Доминирующее положение в первой группе занимают насечки, во второй — зигзаг и прямая линия. На целых предметах выявлены композиционные построения. В результате анализа расположения изображений на целых орудиях определены особенности их локализации, выраженные в разграничении при помощи значков и орнаментов зон захвата рукой и рабочих частей предметов. Орнаментика, и в частности композиционные построения, позволяют уверенно связать основной неолитический керамический комплекс поселения (боборыкинские и кошкинские материалы) и исследуемые предметы. Помимо совместного залегания в жилищных объектах керамических сосудов и изделий из кости и рога, а также прямых соответствий композиций на керамике и кости о связи говорит доминирование основных орнаментальных элементов — прямой линии, зигзага по отношению к остальным. Кроме того, четкая культурная атрибуция орнаментированных орудий и аналогии в материалах боборыкинских и кошкинских древностей всего Зауралья позволили выйти на более широкий уровень сопоставлений, показывающих, что орнаменты и предметы являются одним из связующих звеньев между Зауральем и южными территориями, такими как Северный Прикаспий. Таким образом, рассмотренные артефакты могут использоваться в качестве еще одного свидетельства в пользу точки зрения о южных миграциях как движущей силе процесса неолитизации региона.

Ключевые слова: неолит, лесостепное Приишимье, поселение Мергень 6, орнамент, орудия из кости и рога, трасологический анализ, боборыкинская культура, кошкинский этап.

 

Сериков Ю.Б.

Использование раковин в культовой и хозяйственной практике древнего населения

Освещается один из аспектов символической деятельности древнего человека, связанный с использованием редкой разновидности природного сырья. Будучи сырьем ярким и необычным, раковины уже с глубокой древности служили материалом для изготовления различных украшений: бус и подвесок. На Урале подобные изделия бытовали с начала верхнего палеолита до современности. Очень редко раковины применялись в качестве гребенчатых штампов, скребков и емкостей для красок. Окаменевшие раковины в силу своей редкости и необычности также использовались в символической деятельности и могли служить амулетами, культовыми символами, коммуникативными знаками.

Ключевые слова: раковина, окаменевшая раковина, украшения, символическая деятельность.

 

Виноградов Н.Б.

Проблемы синхронизации, культурной близости памятников синташтинского и петровского типов и возможности их решения

Статья посвящена обсуждению проблемы синхронизации и культурной близости памятников синташтинского и петровского типов. Автор отрицает возможность полной синхронизации синташтинских и петровских памятников. Он полагает, что в случае синташтинских и петровских памятников мы пытаемся сравнивать несравнимые явления: материализованные остатки истории сообщества синташтинских кланов горняков — металлургов — кузнецов — литейщиков и памятники общности алакульских скотоводческих культур.

Ключевые слова: бронзовый век, Южное Зауралье, Северный Казахстан, памятники синташтинского типа, памятники петровского типа, кланы горняков — металлургов — кузнецов — литейщиков, алакульская культурно-историческая общность.

 

Кукушкин И.А., Жусупов Д.С., Е.А. Дмитриев

Могильник Акшокы — новый памятник в системе андроновских древностей Сарыарки

В последние годы археологическими исследованиями была охвачена целая группа федоровских памятников, демонстрирующих «чистую» линию развития (Бесоба, Шерубай-1, Бада и др.). Одним из таких комплексов является раскопанное на могильнике Акшокы многомогильное сооружение 1, которое представляет собой две вписанные друг в друга ограды прямоугольной в плане формы, вытянутые в меридиональном направлении. В заглубленной внутренней площадке было устроено семь выстроенных в линию могил с остатками кремации. Основные характеристики погребального обряда ограды Акшокы находят широкие аналогии в федоровских древностях Сарыарки и сопредельных регионов, а также отражают совмещение некоторых сущностных особенностей регионального и общекультурного порядка: многомогильные комплексы (Сангуыр II, Айшрак), спаренные ящики (Айшрак, Бельасар, Балакулболды II), возведение двойной ограды, в том числе разными строительными методами, известное по материалам могильников Аксу-Аюлы II, Жыланды III, Бесоба. Массовые одноактные захоронения, видимо, связаны с исключительными обстоятельствами смерти, выходящими за рамки естественной смертности. Возможно, одной из таких причин явилось какое-то военное межплеменное столкновение, чему не противоречит пестрая культурная картина, фиксируемая в Центральном Казахстане, где происходили сложные процессы ассимиляции и интеграции на разных этапах между петровскими, алакульскими и федоровскими группами населения. Установить конкретную хронологическую позицию ограды Акшокы довольно проблематично, во-первых, в связи с общей неразработанностью детальной периодизации федоровской культуры; во-вторых, из-за практически сплошного ограбления в древности исследованных захоронений. Думается, наиболее верным будет принять широкую дату в рамках первой половины II тыс. до н.э., что подтверждается применением методов радиоуглеродного датирования федоровских древностей.

Ключевые слова: Сарыарка, бронзовый век, андроновские древности, федоровская культура, погребальный комплекс, кремация.

 

Антропология

 

Багашев А.Н., Слепченко С.М., Алексеева Е.А., Слепцова  А.В.

Краниологическая находка на святилище кулайского городища Большой Лог в Омске

Обнаруженный на святилище кулайского городища Большой Лог палеоантропологический материал представляет большой интерес при рассмотрении вопросов формирования морфологического типа населения кулайской историко-культурной общности. Несмотря на ее обширный ареал (Среднее и Нижнее Приобье и прилегающие территории Западной Сибири) и продолжительный период функционирования (середина I тыс. до н.э. — середина I тыс. н.э.), в научный оборот введены весьма незначительные антропологические данные, позволяющие охарактеризовать физический облик кулайского населения. Это материалы из могильников Каменный Мыс, Алдыган, единичные черепа с Усть-Полуя и Кулайской Горы. Исследование черепа со святилища Большой Лог показало, что при высокой индивидуальной изменчивости морфологические особенности данного индивида (мужчина зрелого возраста) полностью вписываются в параметры изменчивости, характерной именно для населения кулайской историко-культурной общности. В его морфологическом типе прослеживаются как европеоидная, так и монголоидная компоненты. Зафиксированы два трепанационных отверстия, которые сделаны на отделенном от тела черепе при отсутствии мягких тканей, характер их расположения не исключает возможности использования его в ритуально-магических действиях. Графическая реконструкция лица индивида наглядно демонстрирует его внешний облик и не противоречит основанному на результатах краниометрического анализа выводу о сходстве этого мужчины с кулайской женщиной из Усть-Полуя.

Ключевые слова: краниология, одонтология, графическая реконструкция, трепанация, кулайская культура, городище Большой Лог, Усть-Полуй, Кулайская Гора, Западная Сибирь, ранний железный век.

 

 

Худавердян А.Ю., Гаспарян Б.З., Пинхаси Р., Канаян А.С., Ованесян Н.А.

Комплексное исследование антропологических материалов позднего энеолита из пещеры Арени 1

Полученные в результате недавних раскопок материалы из пещеры Арени 1 впервые позволили охарактеризовать антропологические особенности позднеэнеолитических обитателей территории Армении. На основании антропологических и палеопатологических данных проанализированы физические особенности и болезни погребенных. Наиболее близкими по морфологии к серии Арени 1 оказались группы Тепе Гиссар II, Гинчи, Чатал Хуюк, Алишар Хуюк и носители Куро-Аракса из Южного Кавказа. Выявлены также выраженные тяготения их к морфологическим вариантам, характерным для носителей майкопской, хвалынской, ямной и катакомбной культур. В расово-генетическом отношении позднеэнеолитические обитатели пещеры Арени 1, вероятнее всего, связаны с населением Ближнего Востока. Наблюдается специфическое обращение с костями умерших (полировка). На исследованных черепах зафиксированы последствия нарушений целостности костей из-за травм. У погребенных в пещере Арени 1 отмечен маркер стрессов детского возраста — эмалевая гипоплазия и сribra orbitalia. Переохлаждение организма при наличии хронических очагов стафилококковой и стрептококковой природы могло провоцировать воспаление среднего уха. Выявлены факты присутствия экзостозов в ушных каналах. Обнаружены случаи непреднамеренной деформации головы (теменной и затылочно-темен-ной), связанной с социально-бытовыми условиями.

Ключевые слова: Армения, Арени 1, поздний энеолит, краниология, одонтология, болезни, ритуал, непреднамеренная деформация.

 

Этнология

 

Бравина Р.И.

Новая старая гипотеза о происхождении якутов (к 100-летию этнографа, фольклориста и краеведа А.А. Саввина)

А.А. Саввин (1896–1951) — один из первых якутских этнографов и фольклористов, оставил огромное научное наследие, из которого при жизни ученого была опубликована лишь небольшая статья. В рукописном отделе ИГИиПМНС СО РАН хранится его личный фонд, насчитывающий около 100 ед. хранения общим объемом более 500 п.л. Направляющей идеей его работ являлся вопрос о происхождении якутов. А.А. Саввин при жизни не успел оформить свои взгляды в стройную систему, тем не менее его заметки и соображения, основанные на широком использовании фольклорных, этнографических, лингвистических и археолого-исторических данных, выдержали проверку временем. Целью статьи является отбор, упорядочение, систематизация его разрозненных заметок и набросков и воссоздание тем самым его видения проблемы происхождения якутов. Многие положения и идеи А.А. Саввина находят ныне научное подтверждение, свидетельствуя о глубине его проникновения в исследуемую научную проблему. К таковым относятся трехэтапная периодизация этногенеза якутов, выделение пласта якутско-хуннских параллелей, персонификация древних и средневековых родов, составивших ядро народа саха, вопрос о раннем (дорусском) освоении скотоводами-кочевниками северо-восточных окраин и т.д. В этом контексте в статье рассматриваются современные концептуальные положения по проблеме этногенеза якутов, основанные на комплексном анализе новейших данных палеоэтнографии и артефактов из археологических открытий последних лет.

Ключевые слова: А.А. Саввин, гипотеза, этногенез, якуты, взаимовлияние, народы, культуры.

 

Сурво А.А.

Бьярмийские тропы поэтики. Мифологема первопроходца финской метагеографии

Рассматриваются истоки и интерпретации мифологемы первопроходца в финляндской культуре. Мифологема сформировалась на смысловом пересечении поэзии и традиционных архетипов. Литературные истоки мифологемы первопроходца обнаруживаются в творчестве Й.Л. Рунеберга и стихотворении О. Маннинена «Человек лесов» (1902). Человек лесов уходит от людей в безмолвную пущу и становится ее абсолютным владыкой. Но однажды река приносит стружку. Герой отправляется в далекий путь к верховьям течения, чтобы избавиться от чужого присутствия: встречает, пришибает насмерть. Индексальным лаконизмом тропов произведение родственно древним заклинательным формулам. В литературном финском языке информационное пространство структурировано согласно дефиниции kirjoitustaito, умение писать, и lukutaito, умение читать. Определения заимствованы из традиционной модели освоения символического пространства, в которой lukea означает читать заговор, а kirjottaa — орнаментировать. Культурной дихотомией обусловловлено квазисословное деление на производителей и потребителей текстов. Ницшеанская идея стихотворения О. Маннинена апеллирует к традиционному архетипу, к неразделимости процесса создания знака и его интерпретации, «чтения» и «письма». Литературные перекодировки образа первопроходца сопутствовали осмыслению культурных и метагеографических границ Финляндии. Мифология человека лесов широко представлена трудами С. Паулахарью, в поэтической прозе которого переплетаются история и этнография. Квазисословная специфика информационного пространства нашла отражение в бьярмийских тропах «красного» и «белого» изводов Великой Финляндии.

Ключевые слова: мифологема человека лесов, традиционные архетипы, метагеография, Рунеберг, Маннинен, Великая Финляндия.

 

Чернова И.В.

О возможностях изучения истории и хозяйства населения русских старожильческих поселений Омского Прииртышья в XVIII–XX вв. на примере деревни Ананьино

Статья посвящена характеристике возможностей изучения истории и вопросов формирования и развития хозяйственных комплексов старожильческих населенных пунктов в Омском Прииртышье в XVIII–XX вв. по объединенным информационным данным письменных, картографических и этнографических источников. Основным объектом исследования выбрана несуществующая ныне деревня Ананьино, изучение которой дало возможность преодолеть проблему фрагментарности коллективной памяти в случаях исчезновения единого сообщества. В работе приводится характеристика места обитания представителей данного сообщества и его границ. Относительно четкая локализация позволяет уточнить характер связей между населением д. Ананьино и близлежащих населенных пунктов. Сопоставление письменных и этнографических материалов дает возможность выявить степень влияния внешних факторов на развитие основных отраслей хозяйства у старожильческого населения исследуемого района, а также определить место и роль земледелия, животноводства и промысловой составляющей в структуре хозяйства. Параллельно описывается процесс поиска и анализа источниковой базы в рамках локальных междисциплинарных исследований. Материалы показывают важную роль государственной фискальной политики в развитии всех сфер хозяйственного комплекса в XVIII–XX вв.: под ее воздействием оформились состав промыслового инвентаря, представленный в источниках, социально-экономическая стратификация населения, большую часть которого в XVIII–XIX в. составляли категории служилого населения. Кроме того, источники свидетельствуют, что несмотря на обилие ярмарок и активный товарообмен, осуществляемый населением Тары, жители Ананьино активного участия в торговле не принимали. Материалы показывают также возникновение специализации отдельных хозяйств в XVIII — первой половине XIX в., что повлияло на миграционные процессы в ходе расселения жителей Ананьино после исчезновения деревни.

Ключевые слова: хозяйство русского населения Западной Сибири, Омское Прииртышье, русские старожилы, локальные исследования.

 

Хасанова З.Ф.

Временные летние жилища башкир инзерского бассейна в конце XIX — начале XXI в.

Рассматриваются временные летние жилища башкир инзерского бассейна конца XIX — начала XXI в. с использованием данных из Государственного архива Оренбургской области (г. Оренбург) и Научного архива УНЦ РАН (г. Уфа), а также сведений, собранных автором в ходе экспедиционных выездов в 2010–2011, 2016 гг. в деревнях Габдюково, Зуяково, Ассы, Новохасаново, Усмангали, Инзер, Азикеево, Азналкино, Хусаиново, Серменево, Уткалево, Узянбаш, Шигаево Белорецкого района Республики Башкортостан. У башкирского населения, ведущего на протяжении долгого времени кочевой и полукочевой образ жизни, существовали временные и постоянные поселения: к первым относились весенние (яҙғы йорт), летние (йәйге йорт) и осенние (көҙгө йорт) стоянки, ко вторым — зимовки (kышлау), на базе которых появились аулы (деревни). Башкиры инзерского бассейна на рубеже XIXXX вв. продолжали вести полукочевое скотоводческое хозяйство, разводя в большом количестве лошадей, овец, коров и небольшое поголовье коз. На летних кочевках занимались сенокошением и лесными промыслами: рубкой и вывозкой леса, заготовкой дров для заводов, производством мочала, сидкой дегтя и т.д. В горной местности массовые выезды на летовку прекратились до Гражданской войны и неурожая 1921–1922 гг., однако отдельные семьи продолжали совершать летние переезды вплоть до коллективизации начала 30-х гг. В конце XIX в. на летние пастбища выезжали прежде всего состоятельные семьи, а вместе с ними некоторые башкиры, взявшие на выпас скот или нанявшиеся на работу. Места сезонных стоянок и жилища на них долгое время оставались традиционными. В конце XIX в. на данной территории получили распространение три вида временных летних жилищ — изба (бурама), шалаши (kыуыш и аласыk), которые отличаются между собой формой, материалом, размерами. Избу (бурама) сооружали из бревен, шалаши (kыуыш и аласыk) делали из коры деревьев (липы), драницы, веток. На сегодняшний день на изучаемой территории сохранились шалаши — kыуыш и аласыk, которые устанавливают во время проведения сенокоса в качестве ночлега и для хранения продуктов питания и одежды. Бурама как временное жилище во время сенокоса практически не используется.

Ключевые слова: башкиры, инзерский бассейн, Белорецкий район Республики Башкортостан, скотоводство, летние жилища, кочевка, бурама, шалаши.

 

Щеглова Т.К.

Принимающий алтайский социум и депортированные армяне в контексте перманентных репрессий и депортаций 1930–1940-х гг.: образы и культурное взаимодействие

Целью статьи является изучение на примере армянской депортации 1949 г. влияний этнических депортаций на сельское население Алтайского края с использованием устной истории как метода и источника этнографических исследований. Утверждается, что изучение народов и культур в контексте глобальных исторических процессов XXXXI столетий требует новых подходов. Одним из способов изучения их антропологического содержания являются технологии устной истории по работе с исторической памятью. Основными источниками статьи являются материалы полевых исследований на территории Алтая. В центре изучения находится принимающее, преимущественное русское, население в контексте перманентных этнических депортаций 1940-х гг. Отмечается, что за короткое время население алтайской деревни стало полиэтничным, что было связано с расселением депортированных народов семьями и малыми группами по всей территории региона. Это привело к совместному проживанию и преодолению трудностей военных лет с опорой на культуру жизнеобеспечения. В статье сравнивается восприятие местными жителями этнических мигрантов разных волн (немцев, армян, молдован, поляков и др.), анализируются сформировавшиеся образы и межэтнические взаимоотношения. Выявляется стремление депортантов к консолидации с освоением окраин поселений и сохранением песенных, танцевальных, праздничных традиций. Делается вывод о влиянии депортантов на принимающий социум, описываются изменения, происходящие в культурно-бытовой и производственной сфере алтайской деревни. Отмечено, что культурный обмен в трудных условиях жизнедеятельности произошел в первую очередь в материальной сфере и был связан с такими базовыми компонентами культуры жизнеобеспечения, как жилище и пища. В результате этнокультурные навыки этнических депортантов способствовали становлению межэтнического согласия.

Ключевые слова: устная история, Алтай, депортированные народы, русское сельское население, межкультурное взаимодействие, этнокультурное влияние.

 

Шишелякина А.Л., Бобров И.В.

«Чужие» среди «своих»: о практиках ношения мусульманского платка в немусульманском российском регионе

С позиции гендерного подхода описаны взаимоисключающие нормы для женщин-мусульманок, использующих хиджаб в повседневной жизни в одном из немусульманских регионов России — Тюменской области. С одной стороны — со стороны светского общества на уровне формальных и неформальных правил возникают ограничения на ношение хиджабов, а с другой — мусульманки и само мусульманское сообщество, опираясь на религиозные предписания, настаивают, что женщина, находясь в публичном пространстве, должна быть «закрытой». Кроме того, внутри мусульманского сообщества ведутся дискуссии о том, каким должен быть хиджаб, и стороны, втянутые в эту дискуссию, оказываются стигматизируемыми друг другом. В этой связи хочется понять, что означает для молодых мусульманок ношение религиозного платка, каким образом ограничения на использование хиджабов сказываются на их повседневной жизни.

Ключевые слова: ислам, хиджаб, женщины, мусульманки, гендер, повседневность, Тюменская область.

 

Бобров И.В., Черепанов М.С.

Фрагментация религиозной власти в исламе (тюменский случай на рубеже ХХ–ХХI вв.)

С конца 1980-х гг. в социальных науках наблюдается неуклонный рост интереса к исламу. Становится все более ясно, что на практике исламское вероучение реализуется в различных, зачастую конфликтующих между собой, вариациях. Что влияет на процесс формирования настолько отличающихся версий ислама? Одним из путей поиска ответа на этот вопрос является исследование религиозной власти и авторитета. В данной статье на эмпирическом материале Тюменской области в период с начала 1990-х гг. и до 2016 г. анализируется одно из проявлений фрагментации власти в исламе — умножение позиций религиозного авторитета. В конце 1980-х — начале 1990-х гг. основными позициями исламского авторитета на территории региона были муллы, абыстай, хранители астана и организаторы религиозных обрядов из числа жителей той или иной местности. В результате их деятельности складывались различные локализации адатного ислама, включавшие в том числе суфийские практики. В начале 1990-х гг. при наличии прежних позиций исламского авторитета стали формироваться новые: улемы и имамы. Их попытки централизации религиозной власти с целью обеспечения единообразия исламских смыслов и практик привели к еще большей ее фрагментации, увеличив догматико-обрядовые локализации ислама. К уже существовавшим локализациям адатного ислама стали прибавляться все более оформляющиеся локализации различных школ суфизма, а также версии салафизма, отвергавшие все практики и смыслы, не обоснованные Кораном, Сунной и фетвами авторитетных, в основном зарубежных, богословов. Кроме того, сегодня в регионе локализована и шиитская интерпретация исламского вероучения. Наряду с этим с конца 1990-х гг. формируется еще одна, новая для религиозного поля региона, позиция — исламские политические активисты. Их усилиями локализация ислама стала происходить в виде религиозно-политических концепций: от признания возможности жить по законам светского государства до джихадизма. В результате исследования материалов Тюменской области в период с начала 1990-х гг. и до настоящего времени установлено увеличение позиций религиозного авторитета в исламе, повлекшее рост интерпретаций исламского вероучения.

Ключевые слова: ислам, религиозная власть, религиозный авторитет, интерпретации ислама, фрагментация власти.

 

Палеоэкология

Рассадников А.Ю.

Остеофагия домашних копытных на поселениях бронзового века Южного Зауралья (по археозоологическим и этнозоологическим материалам)

Представлено подробное описание костей, которые подверглись воздействию зубов (погрызу) крупного и мелкого рогатого скота, а также желудочных ферментов коров. Поедание костей копытными называется остеофагией. Кости с такими видами трансформации были обнаружены в археозоологических коллекциях двух укрепленных поселений бронзового века Южного Зауралья — Каменный Амбар и Коноплянка. При обработке коллекций и осмотре современных загонов удалось обнаружить все формы и стадии погрыза костей крупным и мелким рогатым скотом.

 Ключевые слова: остеофагия, Южное Зауралье, бронзовый век, археозоология, этнозоология, погрыз костей копытными, крупный рогатый скот (Bos taurus), мелкий рогатый скот (Ovis et aries), воздействие желудочных ферментов копытных.

 

 № 1 (36)  (2017)

Археология

Медведева П.С., Алаева И.П.

Ткани бронзового века в Южном Зауралье и Северном Казахстане

Статья посвящена изучению технологических характеристик тканей синташтинской, петровской и алакульской культур бронзового века. Приведены результаты структурного анализа текстильных отпечатков на керамических сосудах из погребальных комплексов Южного Зауралья и Северного Казахстана, датируемых первой половиной II тыс. до н.э. Все образцы представлены полотняным переплетением. По морфологическим особенностям условно выделяются четыре его типа (в зависимости от плотности нитей на 1 см2, расстояния между нитями и их толщины). Наблюдается значительное сходство технологических характеристик ткани синташтинской, петровской, алакульской культур. В то же время в качестве культурной специфики можно отметить тенденцию к увеличению средней плотности тканей в петровских и алакульских комплексах по сравнению с более ранними комплексами, содержащими синташтинские материалы. Это связано с большей долей «редкой» ткани полотняного переплетения в образцах из синташтинских памятников. Такая тенденция может быть обусловлена различными традициями изготовления ткани, ткацкими устройствами, наличием импортной ткани.

Ключевые слова: бронзовый век, ткачество, отпечатки ткани, синташтинская культура, петровская культура, алакульская культура.

 

Демахина М.С.

Курганный могильник Катково-1 (к вопросу о верхней дате верхнеобской культуры Новосибирского Приобья)

Впервые публикуются материалы курганного могильника Катково-1 (раскопки И.А. Дуракова), расположенного в Коченевском районе Новосибирской области. Краткая история развития взглядов исследователей на датировку верхнеобской культуры выявила следующие проблемы: определение верхней даты бытования культуры и хронологическая и культурная атрибуция памятников, на которых сочетается верхнеобской материал с более поздними вещевыми комплексами. Подобная ситуация отмечена на городище Юрт-Акбалык-3. Первоначально публикуемый комплекс был отнесен к юрт-ак-балыкскому этапу верхнеобской культуры (VIIIIX вв. н.э.). В кургане обнаружены как материалы верхнеобской культуры, так и более поздний вещевой комплекс, датируемый XXI вв. Цель работы — уточнить датировку курганного могильника Катково-1. Сосуды, найденные на памятнике, по морфологическим признакам и орнаменту отнесены к верхнеобской культуре. Однако, при сохранении в основном прежних морфологических признаков, они претерпели некоторые изменения в орнаментации в связи с влиянием культуры северных племен. Отмечен несвойственный посуде Новосибирского Приобья декоративный элемент, привнесенный северными племенами Нижнего Приобья. Предметы вооружения, в частности плоские железные наконечники стрел и наконечники копий, датируются исследователями в рамках XXI (XIV) вв. н.э., время бытования элементов конской упряжи — IXXII вв. н.э. Бронзовые украшения относятся к VIII–X вв. Керамический материал, а также предметы вооружения и конской упряжи, в сравнении с аналогами с территорий Южной Сибири, Томского и Новосибирского Приобья, а также других сопредельных территорий, подтверждают датировку памятников юрт-акбалык-ским этапом верхнеобской культуры, но дают основание продлить верхнюю границу существования могильника вплоть до X в. Эта ситуация ставит под сомнение правомерность определения верхней даты верхнеобской культуры IX в. Присутствие на памятниках материалов, распространенных в X–XI вв., позволяет говорить о расширении верхней хронологической границы верхнеобской культуры до X в. н.э.

Ключевые слова: верхнеобская культура, хронология, погребальный комплекс, датирующий материал, юрт-акбалыкский этап.

 

Никитина Т.Б.

Жертвенные комплексы с одеждой из могильников Ветлужско-Вятского междуречья IX–XI вв.

Жертвенные комплексы в межмогильном пространстве (жк) в качестве диагностирующих признаков марийских средневековых могильников обозначены автором еще в 90-е гг. Выделены четыре варианта жк, в том числе наиболее характерные и массовые для памятников марийской культуры варианты III и IV. В статье рассмотрены и впервые введены в научный оборот 26 комплексов из Русенихинского и Выжумского могильников, раскопанных автором данной статьи в 20102015 гг. Дополнительные материалы позволили по-новому раскрыть семантику этих объектов. Содержимое комплексов представлено посудой, орудиями труда или бытовыми предметами, одеждой и украшениями. Благодаря совершенствованию методики раскопок данных обьектов, вскрытию и фиксации по слоям толщиной от 1 до 3 см выявлено уровневое залегание украшений и элементов одежды по вертикали голова — ноги. В некоторых объектах среди фрагментов удалось выделить элементы головных уборов и обуви, кафтанов, платья или прямоугольных кусков ткани. По внешним признакам: обилие тканей, фрагменты одежды (как нижней, так и верхней), состав и расположение украшений в определенной вертикальной зональности, соответствующей месту того или иного украшения или элемента в костюме,— можно предположить, что в комплексы помещена кукла, изготовленная из одежд покойного. Связь души умершего человека с одеждой у марийцев подтверждается данными этнографии и фольклора. Обряд изготовления кукол из одежд умерших известен у угорских (ханты, манси) и тюркских народов. Несмотря на то, что у разных народов обряд имеет свои названия, различные материальные формы выражения, суть его одна: кукла изготавливалась в качестве временного вместилища души умершего. Очевидно, что комплексы в межмогильном пространстве или засыпи могильных ям с набором одежды в марийских средневековых могильниках являлись поминальными, служили вместилищем душ предков и способствовали после определенного срока переходу душ в потусторонний мир. Этот обряд мог появиться под влиянием угорской или тюркской традиции. В пользу последней может свидетельствовать слово «курчак», которое соответствует обозначению куклы у киргизов («ккурчак») и совпадает с названием изображений женских духов-предков у шорцев («qurtujaq») и кумандинцев («urtyjaq»), барабинских татар («курцак»).

Ключевые слова: погребально-поминальная обрядность, марийцы, мордва, средневековье, тюрки, жертвенный комплекс, одежда, вместилище души.

 

Кирьянов Н.С.

Якутские захоронения позднего средневековья на Оймяконье (XVIIXVIII вв.) (Индигирка, Северо-Восточная Якутия)

Впервые публикуются материалы трех якутских погребений позднего средневековья (XVII–XVIII вв.) — Эбюгэ III и Соболох (Нелегер), открытых в ходе работ Международной Саха-французской археологической экспедиции в 2014 г. в Оймяконском районе Республики Саха (Якутия) (бассейн верхнего течения
р. Индигирки). До работ экспедиции средневековая (дописьменная) история Северо-Востока Якутии базировалась преимущественно на данных фольклора, топонимики и отдельных архивных документов, согласно которым заселение якутами этих территорий относится, вероятно, к периоду межплеменных усобиц
XVIXVII вв.; археологические памятники этого периода были неизвестны. Анализ предметов и вещей показал их хронологическую и типологическую близость с материалами памятников XVIIXVIII вв. не только Центральной Якутии, но и Вилюя и Верхоянья. Единственным заметным отличием оймяконских памятников от остальных является отсутствие в них погребальной посуды — атрибута практически всех якутских погребений. Это может свидетельствовать о преобладании коневодства (его продуктов) над разведением крупного рогатого скота в этот период в Оймяконе.

Ключевые слова: Оймякон, Индигирка, Северо-Восточная Якутия, Саха-французская археологическая экспедиция, Эбюгэ, Соболох (Нелегер), погребения, якуты.

 

Антропология

 

Бравина Р.И., Дьяконов В.М., Петров Д.М., Соловьева Е.Н., Сыроватский В.В., Багашев А.Н., Пошехонова О.Е., Слепченко С.М., Ражев Д.И., Алексеева Е.А., Зубова А.В., Кузьмин Я.В.

Женское погребение XVII в. Атласовское-2 из Центральной Якутии: результаты комплексного исследования

Представлены данные комплексного исследования женского захоронения XVII в. Атласовское-2 из Центральной Якутии. Особенность объекта заключается в обряде захоронения (следы ритуального обжига колоды, ориентировка на север) и составе предметов сопроводительного инвентаря (нож неякутского происхождения, сфероконическое навершие головного убора с подставкой для плюмажа, парные накладные декоративные детали тульи головного убора, составное нагрудное панно из нашивных бляшек, серьга в виде знака вопроса с биконической бусиной-нанизкой), ближайшие параллели которым прослеживаются в культурах средневековых кочевников степной и лесостепной полосы Евразии, а также у населения лесной и лесотундровой зон Сибири XVIXIX вв. Краниологические особенности погребенной сближают ее с представителями популяций центрально-азиатского и байкальского антропологического типов североазиатской формации.

Ключевые слова: Центральная Якутия, позднее средневековье, погребальные памятники, погребение Атласовское-2, якуты, краниометрия, антропологический тип, рентгеноспектральный анализ, товарообмен.

 

Худавердян А.Ю.

КРАНИОЛОГИЯ НАСЕЛЕНИЯ АРМЯНСКОГО НАГОРЬЯ И ЭТНОГЕНЕТИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ НА ЮГЕ ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ В ЭПОХУ ПОЗДНЕЙ БРОНЗЫ И ЖЕЛЕЗНОГО ВЕКА

Работа посвящена изучению антропологического состава и происхождения различных групп древнего населения Армeнии. Наряду с палеоантропологическими материалами, опубликованными ранее другими исследователями, используются изученные автором новые коллекции, собранные различными археологическими экспедициями Института археологии и этнографии НАН РА, насчитывающие 90 черепов взрослых субъектов обоих полов (57♂, 33♀). Новые материалы позволили впервые охарактеризовать антропологический состав населения Лорийской, Ширакской, Арагацотнийской, Сюникской областей. Результаты межгруппового статистического анализа демонстрируют морфологические аналогии черепов из Закавказья с носителями майкопской, лолинской, катакомбной и срубной культур Предкавказья.

Ключевые слова: Армения, краниология, эпохи поздней бронзы и железа, происхождение.

  

Учанева Е.Н., Казарницкий А.А., Громов А.В., Лазаретова Н.И.

Население Минусинской котловины в раннем железном веке: к вопросу о внутригрупповой и межгрупповой изменчивости

Методами многомерной статистики изучены мужские краниологические серии раннего железного века Западной и Южной Сибири, Казахстана, Средней Азии и Восточной Европы. Анализ населения Минусинской котловины обнаруживает существенные отличия серий из склепов тесинского времени от всех остальных групп. Выявлена преемственность между носителями тагарской культуры и населением, оставившим грунтовые тесинские могилы. В рамках тагарской культуры прослеживаются различия между сериями подгорновского и сарагашенского этапов. Эти результаты подтверждаются на фоне сравнения с широким кругом материалов раннего железного века Евразии. Серии тагарской культуры отличаются от всех остальных групп степной зоны Евразии сравнительно небольшими поперечным и скуловым диаметрами, меньшей шириной орбиты, резкой горизонтальной профилированностью лицевого скелета в сочетании с длинной мозговой коробкой и большим углом выступания носа.

Ключевые слова: эпоха раннего железа, краниометрия, Минусинская котловина, тагарская культура.

 

Этнология

Кривоногов В.П.

У гарифуна Сент-Винсента

В статье рассматриваются современные этнические процессы у коренных жителей о. Сент-Винсент — индейцев-гарифуна («черных карибов»). В ходе исследования в 2015 г. опрошено свыше 10 % гарифуна на основной этнической территории по специальному этнографическому опросному листу. Гарифуна составляют всего 3 % населения страны, и их численность, которая росла весь ХХ в., в последние годы начала быстро сокращаться. Подавляющее большинство населения страны — негры и «микс» («смешанные»). К последним относят не только мулатов (потомков белых и негров), но и все смешанное население, в том числе потомков от смешанных браков гарифуна и негров. Менее трети гарифуна остались на основной этнической территории — в округе Санди Бей, остальные мигрировали в другие районы страны, многие уехали за рубеж. В самом округе доля гарифуна снижается, быстро растет число негров и особенно «микс». Миграции в последние годы активизируются из-за ограниченного количества рабочих мест в этом сельскохозяйственном округе. Мигранты едут в основном на юг острова, где активно развивается туристический бизнес. Почти не осталось каких-либо национальных отличий в материальной и духовной культуре, языке от окружающего большинства винсентцев (негров и мулатов). Родной язык вышел из обихода еще в первой половине ХХ в. Почти все гарифуна — христиане (католики, англикане и т.д.), так же как и остальное население страны. Количество национально-смешанных браков с неграми и «смешанными» в округе Санди Бей приблизилось к половине, и большинство детей не относятся к гарифуна, вливаются в общность «микс». В течение ХХ в. ситуация была иной — почти все гарифуна были сосредоточены в округе Санди Бей, где они составляли подавляющее большинство населения, смешанных браков было существенно меньше, а дети в смешанных семьях чаще определялись как гарифуна. В результате численность гарифуна на острове быстро росла, так же как и их доля в общем населении. Ситуация стала меняться сравнительно недавно, последние 20–30 лет, что ставит под угрозу само существование этой этнической группы в ближайшие десятилетия. В настоящее время своеобразие гарифуна проявляется лишь в этническом самосознании и незначительных антропологических особенностях, хотя внешне гарифуна мало отличаются от негров (сказалось смешение с окружающим большинством в течение нескольких столетий).

Ключевые слова: Сент-Винсент, карибы, гарифуна, этнические процессы, языковые процессы, миграции, демография, национально-смешанные браки, метисация.

 

Адаев В.Н.

Эвенки Нижнего Прииртышья: малая группа на периферии этнического ареала

Впервые представлена обобщающая информация по истории и культуре эвенков Нижнего Прииртышья. Сопоставление различных источников позволило аргументированно утверждать, что в последние десятилетия XIX в. несколькими семьями эвенков Лихачевых общей численностью 2–3 десятка человек было осуществлено переселение из Туруханского края в бассейн Демьянки и Туртаса. Целью миграций был поиск свободных промысловых угодий. Переселенцы на начальном этапе характеризовались высоким уровнем сохранности традиционной культуры, вели кочевой образ жизни, их главными занятиями были транспортное оленеводство и охотничий промысел. Легкость проникновения данной группы на уже заселенную другими сибирскими народами территорию была обусловлена освоением незанятых ареалов водораздельных болот. Ввиду малочисленности эвенкийский коллектив был вынужден с самого начала вступать в брачные связи с представителями соседних народов. Этнические особенности традиционной культуры эвенков и национальный язык к концу ХХ в. оказались утрачены практически полностью. Однако этническая идентичность продолжала сохраняться благодаря определенному набору прочных культурных барьеров (границ), состав которых со временем претерпевал изменения.

Ключевые слова: Западная Сибирь, этническая идентичность, культурные границы, миграция, кочевники, таежное оленеводство.

 

Набок И.Л., Сэрпиво С.Е.

Трансформация женского пространства традиционной культуры ненцев к началу ХХI в.

Статья посвящена рассмотрению условий и факторов трансформации женского пространства в традиционной культуре ненцев Ямала к началу XXI в. Отмечается, что влияние социально-экономи-ческих и культурных трансформаций в современном обществе способствует деформации традиционной системы жизнеобеспечения, проникновению нетрадиционных элементов в жизнь коренного населения. Работа опирается на данные авторского социологического исследования, проведенного в 2012 г. на территории Ямало-Ненецкого автономного округа (Тазовском, Ямальском, Пуровском, Шурышкарском, Приуральском и Ныдымском районах). В качестве одного из основных факторов указанной трансформации рассматривается образование, в частности повышение образовательного уровня женщины, приводящее к большей экономической независимости и изменению положения ненецкой женщины в семье. В качестве фактора трансформации женского пространства традиционной ненецкой культуры исследуются также изменения в ритуально-обрядовой культуре, в частности обрядах жизненного цикла (свадебном и родильном), а также межэтнические браки, связанные с интенсификацией промышленного освоения территорий традиционного природопользования ненцев.

Ключевые слова: традиционная культура, женское пространство культуры, гендерный подход, трансформация, образование, ненцы, этническая идентичность, статус, межэтнические браки.

 

Бакиева Г.Т., Тимофеева А.М.

Национальная картина мира в пословицах сибирских татар

На основе анализа пословиц сибирских татар предпринята попытка выделить наиболее значимые для народа понятия, определяющие основу их национальной картины мира, мировоззрения, охарактеризовать комплекс этических норм, правил, присущих их культуре. Источником исследования послужили более четырехсот пословиц сибирских татар, собранных и опубликованных одним из авторов статьи. Пословицы и поговорки были собраны в ходе многолетних экспедиционных выездов в местах компактного проживания сибирских татар преимущественно в селах и деревнях юга Тюменской области. Пословицы записывались в том виде, как они звучат в живой речи носителей, тем самым были сохранены фонетические, лексические, грамматические особенности народно-разговорного языка. Определено, что в национальной картине мира сибирских татар особое внимание уделялось семье, труду, знаниям, дружбе, судьбе, родине, вере. У народа бытует множество пословиц, регулирующих взаимоотношения мужа и жены, родителей и детей, в них определены нормы поведения между ними. Женщина у сибирских татар — хранительница устоев семьи, от нее зависели мир и радость в семье, муж являлся бесспорным главой, а дети — ее главным богатством. Немалое место в паремиальном фонде сибирских татар отводится пословицам на тему «труд — лень». Умение трудиться, трудолюбие — важные, неотъемлемые качества человека в понимании сибирских татар; работа — то, что приносит доход. Народная мудрость учит не бояться работы, по результатам выполненной работы судят о человеке. Значительное место в пословицах сибирских татар занимает тема «знания — невежество». Во всех примерах говорится о важности и пользе знаний для человека. В паремиальном фонде особое место также принадлежит теме «бедность — богатство». В суровых условиях Сибири многие татарские семьи жили трудно, нелегко было получать средства к существованию, поэтому пословиц и поговорок о бедности больше. В человеческих отношениях сибирскими татарами ценились сдержанность, упорство, гостеприимство, доброжелательность, скромность. Такие проявления характера и поведения, как чрезмерная говорливость, подлость, равнодушие, любопытство, жадность, лицемерие, зависть, подвергались осуждению и считались неприемлемыми.

Ключевые слова: сибирские татары, национальная картина мира, устное народное творчество, пословицы, культура, мировоззрение, этические нормы, народный опыт.

 

Хорин Д.Е.

Музеефикация как способ конструирования современного этнокультурного пространства в среде чувашей Тюменского Притоболья

Представлено культурно-антропологическое описание процесса музеефикации в среде этнолокальной группы чувашей Тюменского Притоболья. Цель работы — показать, как музеефикация становится технологией моделирования современного этнокультурного пространства в изучаемой группе. В конце ХХ в. в среде чувашей региона возникает острый запрос на этническое самоопределение и сохранение культурной традиции. В связи с этим актуализируются процессы этнической консолидации. Центрами такой консолидации постепенно становятся музеи и музейные комнаты в различных селениях юга области, содержащие артефакты культуры жизнедеятельности чувашей. Со временем музеефикаторская деятельность таких центров выходит на новый уровень. Посредством сохранения традиции, новаций в культурной трансмиссии они начинают оказывать существенное влияние на формирование этнокультурного пространства чувашей Тюменского Притоболья. Подобным же образом на этнокультурное пространство начинает влиять и частная музеефикация — явление для исследуемой группы новое, ранее не освещавшееся.

Ключевые слова: чуваши, Тюменское Притоболье, музеефикация, этнокультурная традиция, этнические процессы.

 

Палеоэкология

Сатаева Л.В., Сатаев Р.М.

РОЛЬ ДРЕВЕСНЫХ РАСТЕНИЙ В ЖИЗНИ ДРЕВНЕГО НАСЕЛЕНИЯ ГОНУР-ДЕПЕ (бронзовый век, Туркменистан)

Статья посвящена выяснению роли древесных растений в жизни древнего населения Гонур-депе (Туркменистан) — протогородского центра Древней Маргианы, располагавшейся в Юго-Восточных Каракумах (Туркменистан) и относящейся к Бактрийско-Маргианскому археологическому комплексу (БМАК). Поселение содержит остатки монументальной архитектуры (кремль с центральным дворцово-храмовым комплексом, окруженный мощными оборонительными стенами с башнями) и прилегающий неукрепленный «пригород». По радиоуглеродным датировкам, поселение функционировало в промежутке 2500–1500 лет до н.э. Результаты наших исследований показывают, что население Гонур-депе широко использовало древесину и изделия из дерева. На топливо использовались в основном саксаул (Haloxylon sp.), кустарниковые формы солянок (Salsola sp.), ива (Salix sp.) и тамариск (Tamarix sp.). Угли, собранные на территории дворцово-храмового комплекса, принадлежат тамариску, саксаулу, джузгуну (Calligonum sp.), тополю (Populus sp.), клену (Acer sp.), спиреантусу Шренка (Spiraeanthus schrenkianus). Для строительных целей использовались тополь (Populus sp.) и ива (Salix sp.). Изделия разного назначения (колеса повозок, орудия труда, украшения) изготавливались из вяза (Ulmus sp.), клена (Acer turcomanicum), ивы (Salix sp.), скумпии кожевенной (Cotinus coggygria), экзохорды (Exochorda sp.), прутняка (Vitex sp.). Часть древесины и/или изделий из дерева поступала со стороны, что еще раз подтверждает наличие налаженных торговых контактов жителей Гонура с соседними, в разной степени отдаленными регионами.

Ключевые слова: археоботанические исследования, использование древесных растений, Древняя Маргиана, Гонур-депе.

 

Номоконова Т.Ю. , Лозей Р.Дж., Тупахина О.С., Тупахин Д.С.

Хозяйственная деятельность населения Нижнего Приобья в эпоху энеолита (по фаунистическим материалам поселения Горный Самотнёл 1)

Статья посвящена анализу фаунистических остатков с энеолитического поселения Горный Самотнëл-1 (усредненный возраст от 3060 до 2920 кал. лет до н.э.), расположенного на правом берегу р. Оби в пределах Ямало-Ненецкого автономного округа (66°42'12,2'' с.ш. 68°41'12,0'' в.д.). Обсуждаются результаты видового определения костей животных; их количественные показатели; модификация кости в результате эрозии, погрызов хищниками, разделки туш и изготовления орудий; а также соотношение элементов скелетов и возрастные показатели отдельных особей. Полученные данные свидетельствуют о комплексном использовании биологических ресурсов населением территории памятника Горный Самотнëл-1 в эпоху энеолита. Фаунистические реконструкции выполнены с учетом археологического контекста. Также приведены данные о палеодиете по результатам анализа нагара на керамических сосудах. В заключение рассмотрены некоторые образцы мелкой зоо- и орнитоморфной глиняной пластики с поселения.

Ключевые слова: зооархеология, энеолит, фаунистические остатки, поселение Горный Самотнёл 1, хозяйственный уклад, тафономия, северный олень, рыболовство.

 

 

№ 4 (35)  (2016)

Археология

Усачева  И.В.

Сосновоостровская культура: идентификация керамики и вопросы хронологии

Статья продолжает развитие темы домохозяйства неолитического населения Зауралья и севера Западной Сибири и посвящена уточнению хронологических рамок сосновоостровской культуры, занимающей территорию в пограничье лесостепной — южно-таежной зоны бассейна Притоболья. Впервые представлены полная сводка и анализ всех имеющихся дат по углю, керамике и почвенным образцам палинологических колонок. Обзору предшествует фиксация идентификационных характеристик посуды как основного культурно-диагностического критерия. Последнее особенно важно в свете проблематики появления, хронологических рамок и локальных особенностей неолитической керамики, орнаментированной с использованием техники шагающей гребенки. Особую актуальность выделению маркерных характеристик посуды как сдерживающему фактору для скоропалительных выводов о процессе неолитизации в регионе придает все более широкое применение радиоуглеродного датирования керамики. Индикаторные характеристики сосновоостровской посуды определены как комбинация ряда морфологических и декоративных признаков. Помимо широкого использования шагающей гребенки среди них: форма сосудов (прямостенная или полуяйцевидная с округлым или приостренным дном); форма венчика (без наплыва, оформлен скосом с внутренней стороны и иногда чуть отогнут наружу); особенности декора (сплошная орнаментация внешней поверхности, часто среза и внутренней стороны венчика. Преобладание горизонтальной зональности с использованием горизонтальных, наклонных, редко вертикальных мотивов в узоре. Шаг в отличие от такового на посуде козловско-полуденского круга характеризуется разнообразием модификаций. Специфично широкое использование рядов, реже зон зигзага, наколов и геометрических узоров). Универсальным маркером культуры является поясок жемчужин по краю сосуда с внешней или внутренней стороны. Уточнена хронология сосновоостровских древностей. Установлено, что большая часть дат тяготеет к первой половине V тыс. до н.э., а отчасти даже к рубежу VIV тыс. Cal ВС. Это удревняет время существования культуры минимум на полтысячелетия. Данный временной интервал соотносится с серединой атлантического периода, который на этих территориях характеризуется повышенной влажностью. Высокий гипсометрический уровень расположения сосновоостровских поселений хорошо согласуется с данным фактом.

Ключевые слова: неолит, Зауралье, сосновоостровская культура, техника шагающей гребенки, радиоуглеродные даты, индикаторные признаки сосновоостровской посуды.

 

Тигеева Е.В., Новиков И.К., Шилов С.Н.

Металлокомплекс эпохи бронзы Алакульского могильника (типология и технология изготовления)

Рассматриваются металлические изделия Алакульского могильника, по праву считающегося одним из самых крупных и ярких памятников алакульской культуры Зауралья. Представлена морфолого-типологическая характеристика металлокомплекса, выявившая основные типы предметов, круг культурных аналогий, а также артефакты, не встречающиеся в материалах других памятников. Основным сырьем для изготовления изделий являлись оловянные бронзы (71,6 %). Концентрация олова в украшениях — маркерах алакульской культуры (крестовидные подвески) могла достигать 25–30 %. Полученные данные отражают рост использования оловянной лигатуры алакульскими популяциями с одновременным уменьшением числа изделий из чистой меди по сравнению с предшествующими, петровскими племенами. Этому процессу способствовали налаженные связи с источниками металлического сырья, и в частности оловянной лигатуры, поступавшей в виде небольших прямоугольных брусков с концентрацией олова 2–5 %, возможно, из центров металлопроизводства Центрального Казахстана и Алтая. Металлографический анализ выявил восемь технологических схем, применявшихся для изготовления инвентарного комплекса и украшений, с превалированием высокотемпературных режимов. Обращает на себя внимание столь большое разнообразие в выборе мастерами Алакульского могильника технологических схем, в основе которых лежат традиционные приемы петровской металлообработки. Однако увеличение доли кузнечных технологий формовки изделий в сочетании с обработкой металла вгорячую при температурах красного каления, расширение применения предварительного отжига гомогенизации, необходимого при работе с высокооловянными бронзами, несомненно, свидетельствуют о прогрессе. Полученные сведения характеризуют изученный металлокомплекс, с одной стороны, как традиционный для всей алакулской культуры Притоболья, с другой — как обладающий своеобразием и уникальностью.

Ключевые слова: алакульская культура, металлопроизводство, морфолого-типологиче-ская характеристика, анализ состава меди и бронз, металлографический анализ.

 

Зах В.А., Зимина О.Ю., Илюшина В.В., Данченко Е.М., Еньшин Д.Н.

Керамический комплекс финала бронзы  и переходного времени к эпохе железа с Борковского городища (по результатам работ 2012–2013 гг.)

Характеризуется керамический комплекс позднего бронзового века городища Борки 1, расположенного в Викуловском районе Тюменской области. Городище многослойное: включает комплексы эпохи поздней бронзы, переходного времени от бронзы к железу и средневековья. Настоящая статья посвящена комплексам рубежа бронзового и железного веков. К этому периоду на городище относится постройка сузгунской культуры, исследованная частично, с отдельными фрагментами и развалами сосудов сузгунской культуры на дне котлована. В верхней части заполнения и на межжилищном пространстве встречались фрагменты керамики красноозерской культуры. По результатам анализа морфологии, орнаментации и технологии изготовления установлено, что в комплексе доминирует посуда сузгунского облика, красноозерская малочисленна, особенности навыков труда гончаров обеих культур сходны на всех изученных ступенях гончарного производства. Авторы статьи представляют две точки зрения на историко-культурную ситуацию рубежа бронзового и железного веков на основе изучения материалов городища Борки 1. Одна из них заключается в том, что мыс, на котором расположено городище, осваивался дважды. В поздний период бронзового века это сделали представители сузгунской культуры, которые могли вступать в контакты с инокультурным населением, что объясняет совместное залегание в одном скоплении сузгунской посуды и керамики с крестовой орнаментацией, и присутствие во фрагменте сосуда сузгунской культуры шамота с частичным отпечатком, напоминающим оттиск креста. Позднее, на рубеже бронзового — раннего железного веков, место краткосрочно, судя по малочисленности керамики, посетили носители красноозерской культуры. Один из авторов полагает, что весь рассматриваемый комплекс финальной поры бронзового века городища Борки 1 может быть отнесен к красноозерской культуре.

Ключевые слова: Нижнее Приишимье, Борки 1, сузгунская культура, красноозерская культура, керамика, технико-технологический анализ.

 

Костомарова Ю.В.

Переходное время от бронзового века  к железному на территории Приишимья:  итоги и проблемы изучения

Подведены итоги многолетнего исследования проблематики переходного от бронзы к железу времени на территории Приишимья. Обращение к данной теме объясняется рядом причин. Во-первых, этот период характеризуется усилением миграционной активности населения, происходившей как в широтном, так и в меридиональном направлении, что нашло отражение в многокомпонентности археологического материала и, следовательно, неоднозначности его интерпретации. Во-вторых, Приишимье в археологическом отношении долгое время оставалось мало изученным, однако работы последних лет существенно изменили эту ситуацию. Таким образом, возникла необходимость в обобщении всех доступных сведений по обозначенной тематике. Для этого в хронологическом порядке собраны данные об исследовании памятников; систематизированы точки зрения на их происхождение, хронологию и культурную атрибуцию. В истории изучения рассматриваемой темы выделено два этапа. Первый из них охватывает 60-е — начало 80-х гг. XX в. В этот период имели место эпизодические исследования памятников интересующего нас времени, появляются первые публикации их материалов и схемы историко-культурного развития. Нижней хронологической границей второго этапа можно считать начало 80-х гг. прошлого века. С этого времени происходит активизация полевых работ, исследования приобретают систематический и целенаправленный характер, ведутся дискуссии о культурной принадлежности памятников, их хронологии и происхождении. Эти тенденции продолжаются в настоящее время. В работе сформулированы основные нерешенные проблемы и обозначены направления дальнейших исследований, обоснована важность материалов Приишимья в этом процессе.

Ключевые слова: переходное время от бронзового века к железному, Приишимье, крестовая керамика, красноозерская культура, история изучения.

 

Водясов Е.В., Гусев А.В.

Древнейшие свидетельства освоения человеком железа в Нижнем Приобье  (по материалам раскопок Усть-Полуя в 2010–2012 гг.)

Впервые публикуются источники по древней черной металлургии, открытые в 2010–2012 гг. на древнем святилище Усть-Полуй (г. Салехард). Археометаллургические объекты Усть-Полуя, датированные III в. до н.э. — I в. н.э., являются самыми древними свидетельствами освоения человеком железоделательного производства в Циркумполярной зоне. Открытие нового очага черной металлургии раннего железного века демонстрирует особую модель адаптации человека к условиям Крайнего Севера. Материалы Усть-Полуя позволяют удревнить время появления железоделательных технологий на севере Западной Сибири на несколько веков и значительно расширяют географию освоения человеком железа на рубеже эр. Все обнаруженные в 2010–2012 гг. шлаки и развал сыродутного горна приурочены к древнему рву. Сыродутный процесс, вероятно, был организован на его краю. Исходя из толщины стенок горнов (1,5–3 см) и морфологии шлаков предполагается, что мастера Усть-Полуя использовали для плавки небольшие сыродутные горны (не выше 1 м), не имевшие специальных каналов для выпуска текучего шлака. На основе археологических и геохимических анализов делается вывод, что все рассмотренные в статье шлаки получены в ходе разработки одного месторождения железной руды. Свидетельства черной металлургии раннего железного века на широте полярного круга открывают новые горизонты исследований. Авторы не нашли других примеров освоения человеком железа на рубеже эр на столь же отдаленных северных территориях. В Скандинавии, самом крупном металлургическом регионе Северной Европы, железоплавильные объекты в Циркумполярном поясе появляются лишь в средневековье, а горны раннего железного века известны значительно южнее полярного круга. На Аляске, в Северной Канаде и Северо-Восточной Сибири в широтах полярного круга железоплавильные сооружения эпохи раннего железа не обнаружены. Таким образом, возможно, Усть-Полуй на рубеже эр являлся крайним северным местом на планете, где человек освоил производство железа.

Ключевые слова: Усть-Полуй, Циркумполярный пояс, железоделательное производство, ранний железный век.

 

Зах В.А.

Андреевская озерная система (гидрология и использование природных ресурсов  по археологическим и картографическим материалам XVIII–XX вв.)

Рассматриваются колебания водного режима в Андреевской озерной системе, и в частности в районе Большого Андреевского острова (БАО), являющегося своеобразным индикатором этих колебаний. Судя по картографическим материалам, БАО то соединялся с «материком», то становился полноценным островом, при этом уровень воды в озерной системе мог меняться, вероятно, в пределах 2,0‒2,5 м. Изменение водного режима приводило к смене ландшафтов, вместе с тем аридизация и гумидизация климата определяли первенство хозяйственных направлений в системах жизнеобеспечения коллективов с присваивающей и производящей экономикой. Так, обводнение способствовало расцвету присваивающих форм — охоты и рыболовства, а с аридизацией в середине II тыс. до н.э. начинается развитие скотоводства и, возможно, земледелия на территории Андреевской озерной системы. Кроме того, изменение водного режима отражалось на традиционных хозяйственных занятиях, прежде всего ловле рыбы. В периоды большой воды местное население использовало речки и проточки, впадающие в озера и соединяющие их между собой и с р. Дуван, на которых могли устраиваться запоры. В засушливые периоды запорами, вероятно, перегораживались сузившиеся переймы и р. Дуван. Во все периоды, видимо, применялись сети и ловушки.

Ключевые слова: Андреевская озерная система, Большой Андреевский остров, гидрологический режим, аридизация, гумидизация, присваивающие, производящие формы хозяйства.

 

Антропология

Куфтерин В.В., Нечвалода А.И.

Антропологическое исследование скелетов из срубно-алакульского кургана  Селивановского II могильника (Южное Зауралье)

Рассматриваются результаты антропологического исследования скелетной выборки (19 индивидов) из раскопок 2000 г. кургана 1 Селивановского II могильника (Южное Зауралье). Культурная принадлежность памятника определяется как срубно-алакульская с алакульской доминантой. Отмечается, что в кургане отсутствуют захоронения лиц зрелого и старческого возраста, а парные захоронения взрослых (и, видимо, подростков) принадлежат разнополым субъектам. Детская выборка демонстрирует отставание в темпах продольного роста от современных стандартов. Взрослые индивиды по отдельным метрическим характеристикам сходны между собой, а в пропорциях тела — с популяциями «степного» морфотипа, с одной стороны, и среднеазиатскими группами энеолита — бронзы — с другой. Последнее проявляется в относительном удлинении костей голени на некоторых скелетах из Селивановского II могильника. Завышенные частоты встречаемости ряда эпигенетических маркеров, возможно, свидетельствуют об определенном родстве погребенных индивидов.

Ключевые слова: антропология, срубно-алакульское население, Селивановский II могильник, эпоха бронзы, Южное Зауралье.

 

Бравина Р.И., Дьяконов В.М., Николаев Е.Н., Петров Д.М., Сыроватский  В.В., Багашев А.Н., Пошехонова О.Е., Слепченко С.М., Ражев Д.И., Алексеева Е.А., Зубова А.В., Кузьмин Я.В.

Комплексное исследование раннеякутского Сергеляхского погребения середины XV — начала XVI в.

Представлены результаты комплексного исследования захоронения, относящегося к малочисленным погребальным памятникам раннего этапа этнической истории якутов. Погребение принадлежит конному воину, о чем свидетельствуют элементы конной упряжи и фрагменты вооружения, в том числе части уникального для якутов композитного лука центрально-азиатского типа, наконечники стрел, клинок пальмы. Патологии позвоночника и морфологические признаки бедренных костей также указывают на верховую езду как привычный способ передвижения. Многочисленные травмы на костях свидетельствуют об агрессивном образе жизни. Смерть мужчины наступила в результате проникающего ранения головы, нанесенного клинковым оружием. Краниологические характеристики индивидуума находят соответствие в южно-сибирских популяциях, для которых характерно метисное сочетание европеоидных и монголоидных признаков, в рассматриваемом случае с преобладанием последних. Соответствие ритуальных признаков погребальным комплексам усть-талькинской культуры и краниологические особенности мужчины позволяют ассоциировать Сергеляхское погребение с «тюркской» составляющей народа саха, эпически соотносимой с легендарным Эллэй Боотуром.

Ключевые слова: Сергеляхское погребение, усть-талькинская культура, якуты, краниометрия, череп, антропологический тип, палеопатология, популяция.

 

Пошехонова О.Е., Зубова А.В., Слепцова А.В.

Краниология и одонтология  раннесредневекового населения Притоболья  по материалам могильника Устюг-1

Представлены результаты исследования краниологии и одонтологии группы, оставившей могильник Устюг-1, и рассмотрены вопросы генезиса бакальского населения Притоболья эпохи Великого переселения народов. Проведено сопоставление особенностей морфологии выборки с данными по популяциям раннего железного века, раннего и развитого средневековья этого и сопредельных регионов, определена степень их биологической связи. Зафиксировано доминирование в составе бакальской серии компонента, генетически связанного с западно-сибирским населением раннего железного века. Установлено, что к IV–VI вв. в древнем многокомпонентном субстрате бакальцев уже практически не фиксируется европеоидный морфотип, теперь он присутствует только в качестве небольшой примеси, а основной составляющей является западно-сибирский низколицый монголоидный комплекс. К IX–XIII вв. он уже полностью преобладает в структуре палеопопуляции, однако в тюркский период с востока происходит приток смешанного населения с центрально-азиатской примесью. Небольшая доля этого южно-сибирского морфотипа фиксируется у поздних бакальцев. Суперстратный кушнаренковский компонент, который отмечен по археологическим материалам, в антропологической структуре бакальского населения не выявлен. Одонтологические данные представляют схожую картину. Фиксируемый в серии комплекс одонтологических признаков позволяет предполагать гетерогенность группы и заметную трансформацию специфических характеристик саргатского компонента под влиянием миграций из восточной части лесостепной зоны Западной Сибири и из Средней Азии. По сравнению с населением Барабинской лесостепи саргатский компонент в бакальской группе выглядит сильно размытым, из ее характеристик практически исчезают маркеры южного грацильного типа, замещаемые западно-сибирским комплексом.

Ключевые слова: Западная Сибирь, раннее средневековье, палеоантропология, краниология, одонтология, бакальская археологическая культура.

 

Этнология

Григорьев С.А.

Локальные сообщества коренных народов Севера  в Якутии: современное этносоциальное положение эвенов Ламынхинского национального наслега

Статья написана на базе комплексных исследований, проведенных автором с коллегами в месте компактного проживания эвенов — одного из малочисленных народов Севера России. Объектом исследований являлся Ламынхинский национальный наслег — с. Себян-Кюёль Кобяйского улуса (района) Республики Саха (Якутия). В рамках экспедиции изучалось современное социально-экономическое, демографическое и этнокультурное положение местного коренного населения. Использованы статистические показатели поселения за последние годы, текущая документация основных социальных учреждений: администрации села, участковой больницы, школы, проведено анкетирование и интервьюирование местных жителей. Выявлено, что географические факторы создают значительные социально-экономические трудности для аборигенного населения. Отмечается постоянное сокращение численности населения в последние годы. Собранные данные указывают на латентную безработицу. Население с. Себян-Кюёль нуждается в совершенствовании материальной базы основных социальных учреждений в и ускоренном жилищном строительстве. Тем не менее исследование показывает, что естественная изоляция и ограниченность связей с инокультурными сообществами играют положительную роль в сохранении эвенского языка и культуры. Также в Ламынхинском наслеге наблюдаются положительные демографические тенденции. Рождаемость превышает смертность, а молодежь преобладает в возрастной структуре местного населения. Сохраняется высокий потенциал для развития местного традиционного хозяйства. Эти факторы благоприятно сказываются на этнокультурном развитии эвенов. Собранные полевые материалы позволяют дать обнадеживающую оценку современного положения локальной ламынхинской группы эвенов в Якутии на фоне проблем, общих для отдаленных поселений Российского Севера.

Ключевые слова: Якутия, коренные народы Севера, эвены, демография, локальные группы, этническая культура, социально-экономическое развитие.

 

Бакиева Г.Т.

Образование у сибирских татар  с 1918 по 1930-й г.: задачи, проблемы, итоги  (по материалам Тобольского уезда)

Рассмотрены слабо изученные проблемы, связанные с реформами образования у сибирских татар. Впервые выявлены особенности развития образования в Тобольском округе (уезде) в период с 1918 по 1930-й г. Этот период охарактеризован как переходный этап от традиционной религиозной к светской трудовой школе. Школы татарского населения Тобольского округа в это время являлись национальными, что соответствовало провозглашенным Советским государством принципам. Власти проводили активную политику по реформе образования у сибирских татар Тобольского уезда, учитывая их национальные особенности и в определенной степени сохраняя преемственность образования. Имевшиеся до того школы были просто включены в государственную сеть, а преподавателями в новых школах работали те, кто получил «старое» мусульманское образование. Особенностью управления системой образования и просвещения татар Тобольского округа в исследуемый период являлось то, что организацией школьного дела занимался специально созданный орган при окружном отделе народного образования — мусульманский подотдел, а решение финансовых и текущих дел школ было передано местным органам власти. В силу объективных причин Советское государство испытывало большие материальные трудности, переложив материально-техническое обеспечение школ на местное население. Властям не удалось в полной мере решить главную задачу: добиться в кратчайший срок всеобщей грамотности путем введения всеобщего, обязательного и бесплатного обучения. Однако все же имелись положительные результаты, которые, безусловно, были достигнуты благодаря огромным усилиям и энтузиазму местных органов власти и конкретных деятелей просвещения региона. Почти все имевшиеся в Тобольском округе мектебе были включены в сеть государственных школ, превратившись из конфессиональных в школы 1-й ступени. Росло число школ, учащихся и учителей, осуществлялось совместное обучение мальчиков и девочек. Такие мероприятия, как съезды, педагогические курсы и конференции, не только способствовали повышению профессионального уровня учителей, но и служили инструментом пропаганды социалистических идей среди коренного населения.

Ключевые слова: образование, просвещение, сибирские татары, советская власть, трудовые школы, управление, съезды учителей, педагогические курсы, Тобольский округ.

 

Истомин К.В., Лискевич Н.А., Шарапов В.Э.

Самбургские коми: история формирования  и этнокультурные процессы

Освещается история формирования самбургских коми, проживающих в с. Самбург Пуровского района Ямало-Ненецкого автономного округа, характеризуются этнокультурные процессы в их среде, выявляются локальные особенности сохранения, воспроизводства и трансформации этнической идентичности. Основными источниками послужили материалы полевых исследований авторов, проводившихся в 2004, 2009 и 2016 гг. Приток коми населения в Самбург связан с образованием в 1937 г. оленеводческого совхоза «Пуровский» на базе Кутопьюганского совхоза, размещавшегося на территории Надымского района ЯНАО. Прибывшие в Пуровский совхоз пастухи были потомственные оленеводы, уроженцы разных населенных пунктов — центров компактного расселения коми на территории бывшей Тобольской губернии. Многие оленеводы на прежнем месте жительства были раскулачены и подвергались репрессиям. В Самбурге коми переселенцы не смогли восстановить комплекс оседлой материальной культуры и хозяйства, почти утратили связанные с ним аспекты духовной культуры. В то же время традиционный комплекс кочевой оленеводческой культуры сохранился, некоторые его элементы были заимствованы ненецкими оленеводами. В конце 1930-х гг. началось брачное и языковое взаимодействие самбургских коми и коренных жителей — тундровых и лесных ненцев, что привело к метисации населения и преобладанию выбора национальности детей в пользу этнонима «ненец». При этом носители «коренного» этнонима зачастую идентифицируют себя как коми (зыряне) и сохраняют предпочтительное отношение к традиционной культуре коми, в том числе языку, т.е. особенностью модели ассимиляции пуровских коми в среде ненецкого большинства является сохранение исходной этничности и ее доминирование в неофициальной обстановке.

Ключевые слова: коми-ижемцы, оленеводство, ситуационная этничность, этническая иден-тичность, Пуровский совхоз, Самбург.

 

Лискевич Н.А., Машарипова А.Х.

Роль праздника «День села» в сохранении исторической памяти коми-переселенцев в Западной Сибири

Выявлены особенности проведения праздника «День села» в населенных пунктах, основанных коми на территории Западной Сибири в 1840-х гг. Основное внимание уделено юбилейным праздникам, посвященным 170-летию с. Саранпауль Березовского района Ханты-Мансийского автономного округа — Югры (15 сентября 2012 г.) и с. Ивановка Ялуторовского района Тюменской области (7 июля 2014 г.). Выделены базовые блоки праздника, его функции по отношению к территории и населению. День села в коми поселениях характеризуется рядом значимых символических действий. Воспроизводятся сюжеты исторических преданий о первых поселенцах и трудностях освоения новой территории, что связано с почитанием предков и подчеркиванием права труда на освоенную территорию. Демонстрируются семейные реликвии и/или восстановленные родословия, воплощающие идею рода. Используются родной язык для поздравлений и элементы традиционной одежды или другие культурные атрибуты, имеющие в данной ситуации высокий семиотический статус и подчеркивающие групповую идентичность.

Ключевые слова: коми, зыряне, первые поселенцы, структура праздника, историческая память.

 

Байдуж М.И.

«Парк на костях»: мифологизация современного городского пространства в сибирских городах

Анализируются мифологические представления, связанные с парками, построенными на месте старых кладбищ или близко к ним, в современных сибирских городах Тюмени и Таре. Комплекс таких представлений выражается в локальных нарративах и городских практиках, которые транслируются и совершаются жителями этих двух городов и актуальны для сообществ, идентифицирующих себя с этими городами. Исследование основано на материалах интервью с жителями и краеведами Тюмени и Тары, а также анализе местных СМИ. Выделяется ряд наиболее распространенных мотивов, с помощью которых конструируется образ «парка на костях» в мифологическом ландшафте современных сибирских городов. Прежде всего это фольклорный мотив «на месте захоронения нельзя что-то строить», популярность которого во многом основана на влиянии сюжетов фольклорной и массовой культуры на городские тексты и практики. Проявляется и ряд других типичных мотивов: «место притягивает к себе “необычных” людей» (городских маргиналов, маньяков и эксгибиционистов, а также представителей молодежных субкультур) и «место притягивает призраков», а также «место наказывает за неправильное поведение». Последний мотив зачастую сопровождается рефлексивными текстами о причинах наказания и о том, какое именно поведение неправильное. Так, в Таре считается, что неверное отношение к кладбищу, часовне, могильным памятникам и пр. повлияло на судьбу города — позитивная ее оценка (успешный купеческий город) сменилась негативной (маленький депрессивный городок). Кроме того, вариант «неправильного поведения» зависит от субкультуры или сообщества, в которые может входить человек. Феномен создания парков на месте старых кладбищ требует символического освоения городским сообществом и вписывания этих пространств в городской мифологический ландшафт значимых, позитивных и негативных локусов с помощью мотивов, которые потенциально уже содержатся в нарративах.

Ключевые слова: мифоландшафт, локальный нарратив, городской текст, Тюмень, Тара, культурная идентичность.

 

Палеоэкология

Терехин Э.А., Смекалова Т.Н.

Анализ структурных и текстурных признаков форм древнего земледелия и межевания, типичных  для территории Западного Крыма по материалам дистанционного зондирования

На основе разновременных спутниковых данных, полученных со значительным временным интервалом (50 лет), проведено исследование древних земледельческих форм на территории Западного Крыма. Представлены результаты количественной оценки структурных и текстурных признаков древних земледельческих форм, характерных для территории Западного Крыма. Предложен способ количественной оценки текстурных признаков древних земледельческих форм, располагающихся на месте современных аграрных угодий. Способ основан на вычислении текстурных показателей в пределах контуров современных сельскохозяйственных угодий, разбитых сетью ячеек с размером, позволяющим визуально анализировать пространственные признаки форм древнего земледелия. Показана возможность пространственных улучшающих преобразований снимков для выявления и количественной оценки древних земледельческих форм, располагающихся на месте современных сельскохозяйственных угодий. Установлено, что эффективность одних и тех же пространственных улучшающих преобразований спутниковых изображений зависит от ряда их настраиваемых параметров, которые определяются геометрическими особенностями анализируемых форм археологических объектов.

Ключевые слова: древнее земледелие, геоархеология, дистанционное зондирование Земли, геоинформационное картографирование, ГИС-технологии, Западный Крым.

 

Рассадников А.Ю.

Условия содержания домашних животных  на поселениях бронзового века Южного Зауралья  (по результатам анализа патологических изменений костной системы)

Представлены результаты (предварительного) анализа патологических изменений на костях домашних животных из пяти поселений среднего и позднего бронзового века Южного Зауралья: Каменный Амбар (Ольгино), Коноплянка, Малая Березовая-4, Большая Березовая-2 и Александро-Невское-II. Установлено, что большая часть всех выявленных патологий относится к костным остаткам крупного рогатого скота. Значительно меньше случаев изменений зафиксировано на костях мелкого рогатого скота и лошади. Более половины патологий на костях крупного рогатого скота являются различными формами остеоартроза на костях конечностей. Эта группа отклонений имеет хронический и возрастной характер. Остальная часть нарушений относится к зубной системе. Патологические изменения костной системы мелкого рогатого скота и лошади имеют преимущественно воспалительный характер. Количество и характер отклонений на костях домашних животных свидетельствуют об удовлетворительных состоянии здоровья и условиях содержания скота на рассматриваемых поселениях. Различные формы проявлений остеоартроза на костях конечностей крупного рогатого скота на поселении Каменный Амбар (Ольгино) свидетельствуют о вероятном использовании отдельных особей этого вида в качестве тягловых животных.

Ключевые слова: Южное Зауралье, бронзовый век, археозоология, палеопатология, остеоартроз, состояние здоровья, крупный рогатый скот (Bos taurus), мелкий рогатый скот (Capra hircus et Ovis aries), лошадь (Equus caballus), тягловый скот.

 

№ 3 (34)  (2016)

Археология

Ковалева В.Т., Зырянова С.Ю.

Проблема интерпретации боборыкинской культуры Среднего Зауралья в контексте новейших открытий

Рассмотрены дискуссионные вопросы изучения боборыкинской культуры, даны краткий обзор историографии и общая характеристика этого уникального явления в неолите Северной Евразии. Источниковая база исследования боборыкинской культуры включает более 50 памятников, расположенных на территории Зауралья. Отмечено своеобразие боборыкинской культуры, выраженное в технологических и типологических особенностях керамики, не имеющей сходства с неолитическими комплексами Урала. Аналогичная керамика и культовые предметы, а также некоторые особенности технологической традиции керамического производства прослежены в неолитических комплексах Северной Месопотамии. Это позволило сделать вывод о формировании боборыкинской культуры в результате миграции. Основные черты боборыкинской культуры сохранялись практически без изменений почти тысячелетие, и крайне трудно проследить ее внутреннюю динамику, а также какие-либо регулярные контакты с аборигенным населением, что привело к заключению о консервативном характере культуры.

В последние годы на территории Северного Казахстана и Барабинской лесостепи были раскопаны новые памятники (Автодром 2/2, Борлы), находящиеся за пределами основного ареала боборыкинской культуры. Однако эти комплексы имеют существенное типологическое сходство с боборыкинскими древностями. На этом основании можно предположить общность происхождения их населения и связать его с территорией Ближнего Востока, а также установить направление путей миграции. Мигранты занимали свободные участки земли, при этом их поселения располагались рядом с поселениями аборигенов. Мирная колонизация обширной территории привела к дискретному характеру культурогенеза.

Представление о генезисе культуры напрямую связано с пониманием самой культуры. Источником ее интерпретации стали орнаментальные композиции на керамике и культовых предметах. Орнаменты рассматриваются как тексты, дешифровка которых сопряжена с анализом географических условий, формы хозяйства, социальных отношений. Семантика орнаментов боборыкинской культуры раскрывается с помощью контекста, играющего в данном случае бόльшую роль, чем сам текст. Основные темы орнамента отражают представления о воде, дожде, земле, зерне и змеях, вероятно связанные с культом плодородия.

Новые результаты радиоуглеродного анализа боборыкинских древностей подтвердили предложенную авторами ранее датировку культуры в пределах конца V —  конца IV тыс. до н.э.

Ключевые слова: Среднее Зауралье, боборыкинская культура, поздний неолит, миграция, колонизация, гомогенность.

 

Юдина Е.А., Тонкушина М.О., Кулеш Н.А., Остроушко А.А.

Элементный анализ археологической охры: методика и возможности применения рентгенофлуоресцентной спектроскопии (по материалам неолитических и энеолитических памятников Среднего Зауралья и Западной Сибири)

Статья посвящена методическим аспектам элементного анализа (рентгенофлуоресцентной спектроскопии) природного минерального пигмента — охры. В качестве источниковой базы выбраны оксидные охры, полученные при раскопках памятников таежной зоны Западной Сибири и Среднего Зауралья, датируемых эпохой неолита и энеолита (конец VI — III тыс. до н.э.). Рассмотрены вопросы отбора и подготовки археологических образцов, а также интерпретационные возможности избранного подхода.

Ключевые слова: оксидная охра, природные минеральные пигменты, неолит, энеолит, Западная Сибирь, Среднее Зауралье, элементный анализ, рентгенофлуоресцентная спектроскопия.

 

Сериков Ю.Б., Визгалов Г.П., Коноваленко М.В.

Каменные изделия Стадухинского острога на Нижней Колыме (Республика Саха (Якутия))

Анализируется комплекс каменных изделий с русского поселения XVII–XVIII вв. Наибольший интерес представляют каменные скребла. Их трасологический анализ показал, что на поселении существовала специализированная технология расщепления галек и изготовления из галечных отщепов скребел для первичной обработки шкур. Скребла были приспособлены для удаления мездры путем как состругивания, так и соскабливания.

Ключевые слова: каменные скребла, рыболовные грузила, точильные камни, вторичное использование древних артефактов.

 

Дискуссии

Григорьев С.А.

Проблема хронологии и происхождения алакульской культуры в свете новых раскопок в Южном Зауралье

Статья посвящена хронологии и происхождению алакульской культуры эпохи бронзы Зауралья и выделению ее ранних памятников. Одной из проблем эпохи бронзы Зауралья является отсутствие памятников синташтинского и петровского времени в лесостепи. На основе анализа стратиграфических ситуаций и типологических характеристик определяется соотношение алакульской культуры с иными культурными комплексами региона и прилегающих территорий: петровскими, ташковскими, коптяковскими, елунинскими, сейминско-турбинскими — и делается вывод о синхронизации ранних алакульских памятников с синташтинской культурой. На ту же возможность указывают полтавкинские включения в алакульской керамике. Это подтверждается и результатами радиоуглеродного датирования, чему полностью соответствуют ранние даты, полученные на материалах Чистолебяжского и Хрипуновского могильников. На сегодняшний день число таких дат увеличилось и составляет уже 43 % от всех алакульских дат, что не может рассматриваться как некая случайность. Соответственно считаем, что формирование алакульской культуры началось в лесостепи вскоре после появления синташтинских популяций в степном Зауралье, за счет обособления популяций, носителей синташтинских и полтавкинских традиций. Аналогичные процессы в Казахстане привели к появлению петровской культуры.

 Ключевые слова: алакульская культура, эпоха бронзы, Зауралье, датировка и происхождение.

 

Виноградов Н.Б.

О происхождении и хронологии «Алакульской культуры Зауралья». Размышления о концепции С.А. Григорьева

Статья посвящена критике концепции происхождения и хронологии алакульской культуры, предложенной С.А. Григорьевым. Автор подвергает сомнению точку зрения С.А. Григорьева о датировке алакульских памятников Зауралья в пределах двух разорванных во времени интервалов и о прямой генетической связи алакульского населения и обитателей памятников синташтинского типа.

Ключевые слова: лесостепное Зауралье, поздний бронзовый век, алакульская культура, памятники синташтинского типа, памятники петровского типа.

 

Епимахов А.В.

К вопросу о радиоуглеродной аргументации ранней датировки алакульских древностей

Статья посвящена публикации каталога радиоуглеродных дат алакульской культуры. Анализ серии выявил крайне противоречивую картину. С одной стороны, статистическая проверка серий датировок одних и тех же комплексов показала, что более половины из них не могут быть приняты во внимание. Суммирование вероятностей также не демонстрирует нормального распределения. С другой стороны, эталонная серия Лисаковских могильников (и другие AMS-даты) четко соответствуют схемам периодизации позднего бронзового века Восточной Европы и Западной Сибири. В этой связи алакульская культура пока должна быть отнесена к первой половине II тыс. до н.э. с вероятным сокращением этого интервала.

Ключевые слова: эпоха поздней бронзы, Зауралье, относительная и абсолютная хронология, радиоуглеродное датирование.

 

Ткачев В.В.

Радиоуглеродная хронология кожумбердынской культурной группы на западной периферии алакульского ареала

Рассматривается проблема хронологии кожумбердынской культурной группы Уральско-Му-годжарского региона, являющейся локальным вариантом алакульской культуры. Вводится в научный оборот новая серия радиоуглеродных дат из поселений и могильников позднего бронзового века, локализующихся в южных отрогах Уральских гор. Анализ исходных данных позволил определить хронологический интервал существования памятников кожумбердынской культурной группы в пределах второй половины XVIII в. до н.э. — XII в. до н.э. с возможностью деления на две последовательные фазы, граница между которыми приходится приблизительно на 1400 г. до н.э. На основе радиоуглеродного датирования можно сделать заключение об относительной синхронности алакульской и федоровской культур. Хронологический приоритет имеют только памятники раннеалакульского (петровского) этапа, в то время как появление федоровского компонента относится к развитой стадии алакульской культуры. Поздняя фаза бытования памятников кожумбердынской культурной группы смыкается по времени с горизонтом культур валиковой керамики финала бронзового века, что допускает возможность их генетической преемственности.

Ключевые слова: поздний бронзовый век, алакульская культура, кожумбердынская культурная группа, Уральско-Мугоджарский регион, радиоуглеродное датирование.

 

Алаева И.П.

Раннеалакульские памятники Урало-Казахстанского региона

Статья написана в рамках обсуждения мнения С.А. Григорьева об особом происхождении алакульской культуры лесостепного Зауралья и выделения им категории раннеалакульских памятников, не связанных с петровским типом и синхронизированных с синташтинским явлением. Заявленное мнение тесно связано с проблемой формирования ряда локальных вариантов алакульской культуры Урало-Казахстанского региона. Традиционно специфика локальных вариантов представлена характерными признаками керамического комплекса, но подчас культурная идентификация сосудов вызывает затруднение в силу фактического отсутствия общепринятой типологии. В основной части статьи дан вариант типологии керамического комплекса раннеалакульских памятников. Сопоставление типов керамических сосудов разных локальных вариантов алакульской культуры позволяет связать характеристики сосудов раннего этапа всех территорий с уже известными чертами петровского типа керамики, что свидетельствует о существовании единой основы формирования локальных вариантов алакульской культуры. Вместе с тем специфические черты керамических комплексов ряда территорий дают возможность говорить о выделении двух областей, различающихся вариантами развития раннеалакульской (петровской) культуры. Первый вариант — «классический», восточный, для территорий лесостепного Зауралья, Притоболья, Северного Казахстана и Центрального Казахстана. Второй вариант — «неклассический», западный, для территорий степного Южного Зауралья, Южного Приуралья, Западного Казахстана (Орско-Актюбинского района).

Ключевые слова: начало позднего бронзового века, керамические комплексы, алакульская культура, петровский тип, раннеалакульский тип.

 

Антропология

Хохлов А.А., Солодовников  К.Н., Рыкун М.П., Кравченко Г.Г., Китов Е.П.

Краниологические данные к проблеме связи популяций ямной и афанасьевской культур Евразии начального этапа бронзового века

Работа посвящена актуальной проблеме связи двух ярких культур энеолита — ранней бронзы — ямной Восточной Европы и афанасьевской Южной Сибири. Приводятся гипотезы о происхождении афанасьевского населения. Сравниваются краниологические материалы разных территориально-хронологических групп этих культур на фоне серий черепов энеолита — средней бронзы Восточной Европы, Кавказа, Средней Азии, Южной Сибири с использованием методов многомерной статистики. Показана неоднородность населения локальных ямных и афанасьевских групп, а также доминирование в составе тех и других широколицых европеоидных антропологических компонентов. Сравнительные нео-энеолитические краниологические материалы Алтая, прилегающих областей Южной Сибири и Северного Казахстана демонстрируют морфологические комплексы с умеренной профилировкой лица. Население такого облика не может рассматриваться в качестве базиса для сложения европеоидного в своей основе афанасьевского населения. Среди нео-энеолитических краниологических выборок с территорий Средней и Передней Азии, Кавказа, юга Восточной Европы доминируют варианты долихокранных мезо- или гипоморфных европеоидов. Они морфологически отличаются от афанасьевских краниологических выборок Алтая и Минусинской котловины. Соответственно отрицается точка зрения об истоках протоафанасьевского населения в регионах Средней и Передней Азии. Исходя из общих результатов морфологического анализа предков протоафанасьевского населения следует искать именно в кругу степных и лесостепных популяций энеолита — ранней бронзы восточно-европейского ареала. По нашим данным наибольшее краниологическое сходство с афанасьевцами Горного Алтая демонстрируют волго-уральские ямники, которые и хронологически оказываются наиболее древними в составе популяций ямной культурно-исторической области. Таким образом, поддерживаются археологические разработки и антропологические доводы, по которым появление протоафанасьевцев на территории Алтая связано с миграцией какой-либо восточно-европейской популяции энеолита — ранней бронзы, вероятнее всего, с территории Волго-Уралья.

Ключевые слова: ямная культура, афанасьевская культура, морфологические особенности, антропологические компоненты, генетическое единство.

 

Зубова А.В., Марченко Ж.В., Гришин А.Е.

Структура питания носителей одиновской культуры Барабинской лесостепи (одонтологические данные)

Работа посвящена обсуждению результатов изучения патологического статуса зубной системы в трех локальных популяциях одиновской культуры эпохи бронзы Западной Сибири из могильников Сопка-2/4А, Тартас-1, Преображенка-6. Основными задачами исследования являлись определение соотношения животного и растительного компонентов в рационе одиновских групп, уровня пищевого стресса в каждой популяции, анализ хронологической динамики состава рациона и сопоставление характеристик диеты носителей одиновской культуры с более ранним, синхронным и более поздним населением южного региона Западной Сибири. Состав патологий зубной системы позволяет предполагать у населения, оставившего захоронения в могильнике Сопка-2/4А, комплексный состав диеты с умеренным присутствием углеводов и преобладанием животного белка, а также низкий уровень пищевых стрессов. Серьезных различий между мужчинами и женщинами не наблюдается. В суммарной серии из могильника Тартас-1 можно предполагать более высокий, чем в популяции из Сопки-2/4а, уровень потребления углеводов и аналогичный, низкий уровень пищевых стрессов. Можно говорить об увеличении доли мясной пищи в рационе поздних одиновцев Тартаса-1. В серии из могильника Преображенка-6 повышена частота кариеса, что свидетельствует о диете, богатой углеводами, и очень высока частота гипоплазии эмали зубов, демонстрирующая явно недостаточную для нормального существования обеспеченность популяции пищевыми ресурсами. У женщин в этой серии ниже частота кариеса и отсутствуют прижизненные утраты зубов, в отличие от мужчин. Частота гипоплазии эмали выше в мужской группе. Результаты сравнительного анализа показали, что пищевая стратегия, практикуемая одиновцами, была традиционна для Барабинской лесостепи на протяжении как минимум трех тысяч лет и имела комплексный характер. В одиновских группах наблюдается сложный состав рациона, включающего местные дикорастущие растения (углеводный компонент диеты), определенную долю мяса наземных животных, различающуюся в локальных популяциях, и, по данным изотопного анализа, значительное количество рыбы [Marchenko et al., 2015]. Подобная пищевая стратегия соответствует комплексному присваивающему хозяйству с доминирующей ролью собирательства и рыболовства по сравнению с охотой.

Ключевые слова: эпоха бронзы, одиновская культура, одонтология, палеопатология, палеодиета, кариес, гипоплазия, зубной камень.

 

Боброва А.И., Алексеева Е.А.

Реконструкция внешнего облика отдельных представителей населения  Прикетья XV–XVII вв. (по археологическим и краниологическим данным)

Представлены результаты исследования археологических и краниологических материалов XVXVII вв. из курганных могильников Прикетья. Феномен данного региона как особой контактной территории состоит в том, что здесь на протяжении эпохи позднего средневековья проживало разноэтничное население — кеты, селькупы, эвенки, русские. Однако проблема этнической идентификации населения, оставившего эти памятники, однозначно решена учеными в пользу самодийцев — селькупов. Объектом исследования являются антропологические материалы из погребальных памятников Нижней (Елтыревский курганный могильник II, Елтыревский курганный могильник III) и Средней (Карбинский курганный могильник II) Кети Колпашевского и Верхнекетского районов Томской области. Могильники были оставлены членами группы южных (нарымских) селькупов, представителями этногруппы сюссекум (сюссыкум). Сопоставление данных, полученных в результате антропологической реконструкции представителей населения Прикетья XVXVII вв., с комплексом соматологических признаков нарымских селькупов ХХ в. позволяет сделать вывод, что основные показатели признаков внешности исследованных индивидов в целом попадают в массив соматологических данных, т.е. эти признаки не претерпели существенных изменений за три-четыре столетия. Графические портреты убедительно демонстрируют внешний облик отдельных индивидов этногруппы сюссекум (сюссыкум) как представителей нарымских селькупов. Статья проиллюстрирована графическими портретами представителей этого населения.

Ключевые слова: Западная Сибирь, река Кеть, курганные могильники, позднее средневековье, нарымские селькупы, сюсекум, антропологическая реконструкция лица по черепу.

 

Этнология

Пошехонова О.Е., Адаев В.Н.

Погребальная и поминальная пища в североселькупском захоронении XIX в.: опыт этноархеологического анализа

Дана интерпретация археологических и палеоэкологических источников, полученных в ходе раскопок селькупского захоронения XIX в. в могильнике Кикки-Акки в верховьях р. Таз, в сопоставлении их с этнографическими данными. Исследование выполнено с целью изучения в исторической динамике таких элементов погребального обряда северных селькупов, как традиция приготовления пищи для покойного и поминальная тризна. Выбор конкретного погребения обусловлен уникальностью и необычно хорошей сохранностью органических материалов, что позволило детально представить состав погребального и поминального блюда. Для атрибуции археологических данных привлекались сведения из этнографической литературы и архивных документов, а также материалы собственного полевого этнографического исследования погребальной обрядности верхнетазовских селькупов (2013). Проведенный анализ позволил определить вероятный набор блюд погребальной и поминальной пищи из захоронения, форму и содержание ритуальных действий, а также рассмотреть их в культурно-историческом контексте. Установлено, что наиболее близкие аналогии ритуалу изучаемого погребения имеются в материалах XVI–XVII вв. по южным селькупам и восточным хантам либо в этнографических данных по хантам отдаленных территорий, не граничащих с бассейном р. Таз. Южноселькупский и хантыйский «след» в похоронно-погребальной обрядности, по нашей версии, фиксирует культурные компоненты, сыгравшие ключевую роль в складывании локальной общности верхнетазовских селькупов. Закопанные поверх могилы костные остатки богатой поминальной тризны являются примечательной особенностью рассматриваемого погребения, свидетельствующей о давнем происхождении значительной вариативности североселькупской похоронно-погребальной обрядности.

Ключевые слова: Западная Сибирь, этноархеология, северные селькупы, погребальный обряд, ритуальная пища.

 

Богордаева А.А., Федоров  Р.Ю.

К вопросу о типологии домашних святилищ манси

Обобщаются и систематизируются материалы по домашним святилищам манси. Авторы рассматривают сведения этнографической литературы XVIIIXX вв., а также приводят данные собственных экспедиционных исследований, проведенных на территории проживания северных манси в населенных пунктах, расположенных на берегах рек Северная Сосьва и Ляпин, в 2006–2010 гг. В ходе исследований были выделены два типа домашних святилищ по месту нахождения внутри жилища. К первому типу отнесены святые полки, расположенные непосредственно в жилом помещении, ко второму типу — чердачное помещение, отделенное от жилого пространства дома потолком. Показаны их взаимосвязь и развитие, а также особенности функционирования в настоящее время. Также затрагивается вопрос происхождения домашнего духа-покровителя северных манси Самсай-ойки. Его местом жительства считается в том числе чердак. Высказано предположение о позднем формировании образа Самсай-ойки.

Ключевые слова: манси, традиционное жилище, типы святилищ, дом, домашнее святилище, чердак, потолок, крыша, святая полка, святой угол, домашние духи-покровители, домашний дух-покровитель Самсай-ойка.

 

Чудова Т.И.

Локальная традиция питания вишерских коми

Представлено этнографическое описание народной пищи вишерских коми, отличающихся своеобразием в языковом и этнографическом отношении внутри большой верхневычегодской этнографической группы коми (зырян). Локальная традиция культуры питания, отражающая особенности субэтнического характера, тесно связана с экологической нишей и хозяйственно-бытовыми традициями, которые предопределили состав и структуру пищевого сырья, способы его сохранения, технологию приготовления блюд. Стратегия в вопросах питания выступает одним из результатов и одновременно механизмом адаптации к среде обитания, а религиозная принадлежность этноса формирует систему пищевых предпочтений и запретов. Для вишерских коми характерен зерново-мясомолочный тип питания с сохранением доли промысловой продукции. Углеводная составляющая рациона представлена зерновыми культурами, из которых готовили разнообразные хлебобулочные изделия, крупяные похлебки и каши. Крупяной суп и каша являлись основой питания, что отразилось в собирательном названии еды «суп-каша». Мясомолочные и рыбные блюда — белковая компонента питания — не отличались богатством ассортимента, а включение их в меню было не так часто, что связано с практикой соблюдения христианских постов. Однако собирательное название еды, означающее сытую жизнь, определялось словосочетанием «на молоке-мясе жить». Овощное меню, также не отличающееся богатством ассортимента, вносило разнообразие в питание. В целом эти продукты составляли основной пласт, обусловленный хозяйственными занятиями. Дикоросы, обеспечивая витаминами и дополняя рацион, представляли субстратный пласт, связанный с рудиментами предшествующей системы хозяйствования. Третий пласт, суперстратный,— продуктовое сырье, приобретаемое через торговую сеть. Технологические способы приготовления пищи предопределены наличием русской печи, где жарка невозможна. Отсутствие жареной пищи и сведение специй к минимуму делают пищу полезной для здоровья. Ежедневная практика потребления горячей пищи и соблюдение режима питания выступали показателями здорового образа жизни.

 Ключевые слова: вишерские коми, пищевое сырье, традиционные блюда, застольный этикет.

 

Щербич С.Н.

Путевые журналы миссионеров Обдорской миссии (60–70-е гг. XIX в.): анализ публикации источников

Представление об особенностях миссионерского служения в Северо-Западной Сибири можно получить из такого исторического источника, как путевые журналы миссионеров Обдорской миссии. В них раскрыты проблемы взаимодействия с иными культурами, отражен уникальный индивидуальный опыт общения авторов с местным населением и рефлексия по этому поводу. Статья посвящена анализу издания «Путевые журналы миссионеров Обдорской миссии (60–70-е гг. XIX в.» как исторического источника с целью оценки ее информационного потенциала в историческом исследовании и характеристики как историко-культурного феномена. Источниковедческий анализ позволил выявить историю появления данной работы, ее структуру, принципы выборки документов, составления научных комментариев к текстам путевых описаний, принципы археографического описания источников. Значение публикации источника заключается не только в том, что путевые журналы миссионеров Обдорской миссии стали доступны для прочтения, но также и в том, что в научные комментарии включены сведения о миссионерах, толкования понятий и терминов, встречающихся в текстах. Географический указатель помогает осуществлять быстрый поиск информации и может также представлять интерес как самостоятельный источник для изучения топонимии Северо-Западной Сибири XIX в. Именной указатель не только возвращает имена, но и позволяет рассматривать их в контексте культурного взаимодействия православного духовенства с коренным населением Северо-Западной Сибири. Путевые журналы миссионеров содержат уникальную информацию о верованиях, традициях, быте населения Северо-Западной Сибири, об особенностях апостольского служения сибирских священников Обдорской миссии 60–70-х гг. XIX в. В публикации данных источников заключен богатый информационный потенциал, который может быть востребован в сравнительно-исторических исследованиях письменного наследия миссионеров духовных миссий Западной Сибири и других территорий Российской империи, ориентированных на выявление его общих и специфичных черт.

Ключевые слова: путевые журналы миссионеров, православные миссионеры, коренное население, Обдорская миссия, источниковедческий анализ, проблема культурного диалога.

 

Палеоэкология

Марченко Ж.В. , Панов В.С., Гришин А.Е., Зубова А.В.

Реконструкция и динамика структуры питания одиновского населения Барабинской лесостепи на протяжении III тыс. до н.э.: археологические и изотопные данные

Исследование посвящено реконструкции питания населения одиновской культуры на территории Барабинской лесостепи. В работе использованы материалы захоронений трех крупнейших могильников юга Западной Сибири — Сопка 2/4А, Тартас 1 и Преображенка 6. Радиоуглеродным датированием погребальных комплексов определены две хронологические группы погребений, что дало возможность предположить динамику структуры питания населения на протяжении III тыс. до н.э. Для реконструкции диеты привлечены палеозоологические определения (в том числе анализ костяных артефактов), проведен изотопный анализ углерода (δ13С) и азота (δ15N) в костях людей и фауны (в том числе современной фауны). Результаты изотопных измерений показали, что основой питания одиновцев на протяжении всего III тыс. до н.э. являлась рыба. Высокое содержание δ15N в грибах семейства Boletaceae также не исключает их высокой роли наряду с рыбой в питании людей. Второстепенным источником пищи для одиновцев являлось мясо травоядных (а также, возможно, всеядных). Основным промысловым мясным животным был лось. Повышение значений δ13С в костях людей в последней трети III тыс. до н.э. указывает на изменения источников питания. Предварительно мы связываем это с потреблением одиновцами продуктов животноводства более южного происхождения (степного?) вследствие появления в хозяйстве доместицированных животных.

Ключевые слова: Барабинская лесостепь, эпоха бронзы, III тыс. до н.э., одиновская культура, реконструкция диеты населения, изотопный анализ.

 

Рецензии

Лискевич Н.А.

Рецензия на монографию Л.В. Ивановой «Русские художественные промыслы Зауралья XIX — начала XXI вв. в контексте социокультурной динамики региона»

Представлена монография тюменского исследователя Л.В. Ивановой, посвященная изучению процессов формирования и развития традиционных художественных промыслов и ремесел русского населения Зауралья. Автором выявлены локальные особенности народного творчества, дано целостное представление о разных направлениях ремесел и промыслов в исторической динамике, показана общая картина развития русского историко-культурного ландшафта региона. Работа Л.В. Ивановой вносит существенный вклад в изучение истории развития художественных ремесел Зауралья.

 Ключевые слова: ремесла и промыслы Зауралья, ремесленные технологии, культурный ландшафт Зауралья.

 

Балтабаева К.Н., Рахимов Е.К. 

Рецензия на книгу Н.А. Томилова и Ш.К. Ахметовой «Казахи аула Каскат: традиции и инновации в культуре казахского населения Западной Сибири»

Анализируется книга известных омских этнографов Н.А. Томилова и Ш.К.Ахметовой, посвященная традициям и инновациям в культуре казахов Западной Сибири. Рецензенты отметили научную значимость публикации полевых материалов первой Казахской комплексной историко-этнографической экспедиции Омского государственного университета 1976 г. Представляется, что научная ценность монографии в том, что авторы подвели итог многолетней работы по изучению этнографической группы казахов России. Вместе с тем, указаны перспективные направления для дальнейших исследований.

Ключевые слова: Западная Сибирь, казахи, традиционная культура, история этнографи-ческой науки, полевые экспедиции, Омский этнографический научный центр.

 

 

№ 2 (33)  (2016)

Археология

Житенев В.С.

Костяная индустрия Каповой пещеры и пещерных памятников верхнего палеолита с настенными изображениями Франко-Кантабрии

Приведен обзор верхнепалеолитических изделий из твердых органических материалов, обнаруженных в Каповой пещере (Южный Урал) в разные годы исследований. Время образования культурных слоев, открытых в некоторых отделах пещеры, датируется промежутком от 13 900±190 л.н. до
16 710±800 л.н. Существенным моментом является практически полное отсутствие костных остатков животных крупного и среднего размерного класса на исследованных участках деятельности палеолитического человека в пещере. Костяная индустрия представлена такими категориями, как стрела, нож, шило, иглы, лощилообразное орудие, орнаментированные кости, украшения. Основным материалом для их изготовления служила кость, в том числе крупных грызунов и рыб; кроме того, представлены предметы из бивня и раковин моллюсков. Следует отметить и отсутствие каких-либо отходов производства костяного инвентаря (в отличие от каменной индустрии). Единственным исключением являются необработанные ископаемые поволжские раковины — сырье для изготовления украшений. Сравнение материалов показывает сходство в орудийном наборе из коллекций памятников с настенными изображениями и в Западной Европе, и на Южном Урале. Деятельность человека в таких пещерах была значительно разнообразнее, чем обычно предполагается. Археологическое изучение разных пунктов распространения культурных слоев в пещерах, как и находки на поверхности пола залов и галерей, не позволяет ответить на вопрос о синхронности накопления материала. Разные типы орудий, обнаруживаемые в разных отделах одной пещеры, дают основания говорить о неодинаковой специфической конкретной деятельности и мероприятиях в отдельных пунктах освоения подземных полостей, тогда как основной смысл всех видов деятельности остается, по всей видимости, единым и практически неизменным. В Каповой пещере, как и на других памятниках с настенными изображениями, весь археологический ансамбль, включая костяную индустрию, свидетельствует о сложных и разнообразных практиках, осуществлявшихся в подземных условиях. Вопрос о содержании и сути этих практик на сегодняшний день находится за границами нашего понимания.

 Ключевые слова: верхний палеолит, костяная индустрия, Капова пещера, Альтамира, Ляско.

 

Омельченко В.В.

О законе циклического развития мира, действительности, бытия в знаковых образах Мальтинской пластины из бивня мамонта времен палеолита

С системных позиций рассмотрены знаковые образы пластины из бивня мамонта времен палеолита с точечными спиралями — уникальной археологической находки на древнейшей стоянке человека в Южной Сибири Мальта. В знаковых образах пластины, взаимосвязанных с ведическим и авестийским образом «троякого знанья», усматривается продуманная система классификации различных видов восходящих и нисходящих спиралей, описывающих различные системы счета, счисления и исчисления. Выявлена строгая логика соотношения универсальных этапов цикла природных явлений и витков спиралей Мальтинской пластины. Сделан вывод, что в уникальной археологической находке отражен универсальный и всеобщий закон циклического или периодического изменения объектов, процессов и явлений мира, действительности, бытия.

Ключевые слова: эпоха палеолита, Южная Сибирь, Мальтинская пластина, бивень мамонта, спираль, цикл, период, знаковый образ, закон, числа, счет, счисление, исчисление.

 

Евдокимов В.В., Логвин А.В., Ткачев А.А.

Поселение Семиозерное II

Целью настоящей работы является введение в научный оборот возможно более полной (в рамках ограничений статьи по объему) информации о давно известном поселении Семиозерное II рубежа средней и поздней бронзы. Важность этого шага определяется тем, что на прилегающей к Зауралью территории Казахстана это единственный однослойный поселенческий комплекс, а исследователи вынуждены оперировать весьма скупой информацией, опубликованной в сборниках «Археологические открытия» и в статье В.В. Евдокимова, посвященной хронологии памятников степного Притоболья. Памятник расположен у окраины с. Аулиеколь (до 1997 г. — с. Семиозерное) одноименного района Костанайской области, на мысу между озерами Купальное и Грачевое. На поселении раскопом 1545 м2 изучено пять двухкамерных сооружений и одна конструкция из близко расположенных относительно друг друга канавы и трех ям. Одно из них, вероятно, функционировало преимущественно как жилое. Все остальные связаны с различными этапами процесса металлообработки. С третьим сооружением ассоциируется сугубо металлургическая функция. Здесь в крупной печи получали из руды медь. В оставшихся трех сооружениях осуществлялась отливка орудий и заготовок, а также другие после металлургические операции. В каждом из них зафиксированы малые печи и большое число очагов. У четвертого сооружения найдена форма для отливки тесла. Керамический комплекс Семиозерного II помимо традиционно отмечаемой близости его петровской керамике Приишимья обнаруживает большое сходство с керамической коллекцией Аркаима. В коллекции Семиозерного II фиксируются основные присущие Аркаиму типы сосудов, по классификации Т.С. Малютиной и Г.Б. Здановича [2004] это типы ГI–IV, БI–БIII. Эти факты трудно интерпретировать иначе, чем как свидетельство одновременности и культурного единства. В их свете представляется малоперспективной попытка вычленить в коллекции Аркаима поздний «петровский» пласт [Виноградов, 2011, с. 96]. В более широком плане вносятся новые нюансы в проблему соотношения петровских и синташтинских древностей во времени и пространстве.

Ключевые слова: эпоха бронзы, металлургия, синташтинская культура, петровская культура, Семиозерное II.

 

Бесетаев Б.Б.

Случайные находки бронзовых вещей раннесакского времени из Восточного Казахстана

Эталонные для скифо-сакского мира вещи предметного комплекса из погребальных памятников раннесакской культуры VII–VI вв. до н.э. за последние десятилетия дополнились не менее значительными находками. В представленной работе рассматриваются случайные находки бронзовых предметов воинской поясной гарнитуры и детали конского снаряжения раннего этапа сакской культуры из Восточного Казахстана. Также приводится сравнительно-типологический анализ деталей с учетом конструктивно-функциональных качеств. Случайные находки датируются второй половиной VII — VI в. до н.э.

Ключевые слова: Восточный Казахстан, скифо-сако-сибирский ареал, раннесакское время, ранние кочевники, воинский пояс, конское снаряжение.

 

Матвеева Н.П., Долгих А.С.

К реконструкции женского костюма периода раннего средневековья (по материалам могильника Ревда-5 в Притоболье )

Представлены результаты археологических исследований в Тюменской области в долине р. Тобола на могильнике Ревда-5 III–IV вв. Могильник расположен на правом берегу Тобола (в подтаежной зоне Зауралья). В нем было обнаружено хорошо сохранившееся захоронение взрослой женщины. Реконструкция костюма как отражения традиционной культуры уже использовалась в изучении истории. Традиционная одежда отражала особенности жизнеобеспечения населения, имела социально диагностирующее и сакральное значение. Удовлетворительная сохранность скелетов и вещей довольно редка в курганах Зауралья вследствие их разграбления в течение нескольких веков. Нами были реконструированы детали одежды и украшения людей эпохи Великого переселения народов. Основой данного исследования являлся системный анализ всех элементов погребальной практики и их взаимосвязей, который использовался наряду с антропологическими данными о постдепозиционных трансформациях тел погребенных и с учетом данных эксперимента А.П. Бородовского и И.Г. Глушкова о смещении украшений и других деталей одежды при разложении погребения. Нами был проведен эксперимент с современным ремнем и накладками, имитирующими пояс из рассматриваемого погребения, который показал справедливость наших выводов. По остаткам текстиля и расположению украшений на скелете авторы сделали вывод, что костюм женщины возраста 30–40 лет состоял из коричневой шелковой рубашки, штанов и коричневого льняного кафтана. Костюм дополнялся кожаным поясом с бронзовыми накладками. На шее было ожерелье из стеклянных бус. Кожаная фляжка или маленькая сумочка была подвешена к поясу. Полагаем, что тело было завернуто в накидку или покрывало. Такой костюм был широко распространен eще в раннем железном веке в среде кочевников. Качество тканей и украшения подтверждают высокий социальный статус женщины и материальный достаток.

Ключевые слова: средневековье, Зауралье, р. Тобол, Ревда 5, могильник, женский костюм. реконструкция.

 

Турова Н.П. 

Коллекция наременной гарнитуры рубежа I–II тыс. н.э. из некрополя юдинской культуры

Вводится в научный оборот представительная коллекция металлических накладок, пряжек, соединительных колец, полученная в ходе археологических исследований на грунтовом могильнике Вак-Кур (Тюменская область, правобережье р. Тобола). Присутствие на керамике шнурового орнамента позволило отнести памятник к средневековой юдинской культуре, с которой исследователи связывают этногенез манси. Некрополь датирован XXIII вв. н.э. Коллекция представлена 333 изделиями: 286 накладок, 19 наременных наконечников (концевых накладок), 24 пряжки и 4 соединительных кольца. Изделия рассматриваются как единый комплекс, без учета их функционального назначения. Материал систематизирован, выявлены аналогии, обозначены основные направления и характер связей юдинского населения с различными районами Евразии на рубеже III тыс. н.э. Большинство аналогов наременной гарнитуре могильника Вак-Кур (кроме пряжек) имеется на территории Прикамья, а также в древностях Волжской Болгарии. Подавляющее количество пряжек представлено изделиями, характерными для памятников Верхнего Приобья и Южной Сибири (подобные предметы часто встречаются в сросткинских могильниках, кимакских погребениях Верхнего Прииртышья IX — начала XI в.). Обращает на себя внимание сочетание в изделиях (поясах, уздечках, портупеях) накладок приуральского происхождения с пряжками кочевников лесостепи, это позволяет говорить, что они монтировались на месте, а не попадали к юдинцам в готовом виде. Часть фурнитуры импортная, а часть изготовлена по привозным образцам, что достаточно ярко фиксируется на примере пряжек. Таким образом, значительное количество фурнитуры приуральского происхождения в материалах могильника Вак-Кур связано не только с торгово-обменными отношениями, но и с переселением отдельных групп населения из Приуралья. Контакты же с кочевниками Верхнего Прииртышья (а возможно, и Верхнего Приобья), от которых к юдинцам попадали пряжки сросткинского типа и другие изделия, скорее всего, носили торгово-обменный характер, так как следов присутствия тюркского населения ни в элементах погребального обряда, ни в керамическом комплексе некрополя нет.

Ключевые слова: Западная Сибирь, Нижнее Притоболье, эпоха средневековья, юдинская культура, грунтовый могильник Вак-Кур, типология, наременная гарнитура, накладки, пряжки, соединительные кольца.

 

Татауров С.Ф., Татауров  Ф.С.

Археологические коллекции с Искера: новый взгляд на памятник

Искер — столица Сибирского ханства в начальный период русского завоевания Западной Сибири (1582–1584 гг.). После основания в 1587 г. Тобольска Искер был заброшен. В XVIIIXX вв. на его территории проводились многочисленные любительские раскопки, что, наряду с природным фактором (размытие р. Иртышом участка коренной террасы, на котором расположено городище), привело к сильному разрушению памятника. Профессиональные археологические изыскания были проведены лишь в конце XX в., однако они не дали какого-либо значимого результата. Все ранее собранные коллекции к началу XXI в. оказались частично утрачены. До сих пор окончательно не определено значение и статус города в Сибирском ханстве. В связи с этим возникла необходимость в углубленном изучении имеющихся материалов для понимания специфики этого комплекса и его места в ряду с другими археологическими памятниками этого времени. В данной статье подробно изложены результаты анализа двух коллекций археологических артефактов, собранных в Искере Н.И. Бутаковым в 1896 г. и А.Ф. Палашенковым в 1938 г. и хранящихся в Омском государственном историко-краеведческом музее. Были подробно проанализированы следующие группы предметов: керамика как главный маркер принадлежности населения Искера к тюрко-татарскому обществу Сибири XVI в.; боевые и метательные ножи; металлические и костяные наконечники стрел и накладки на лук; фрагменты бронзовых удил; замки и ручки сундуков; украшения; предметы импорта. В целом предметный комплекс мало отличается по набору от таковых на татарских памятниках этого периода. По археологическому материалу можно зафиксировать, что жители городища обладали достаточно высоким социальным статусом, об этом свидетельствуют как виды предметов (фарфоровая посуда, бронзовые зеркала, перстни и т.п.), так и высокая технология их изготовления. Однако это не дает основания полагать, что город был постоянной столицей Сибирского ханства. Возможно, он служил лишь одной из временных ставок хана. Данное исследование показывает неоднозначность трактовки роли Искера в Сибирском ханстве, а следовательно, является значимым в плане изучения средневековой тюрко-татарской государственности.

Ключевые слова: Сибирское ханство, Искер, археология, история изучения, предметы вооружения и быта, статусные вещи.

 

Бравина Р.И., Дьяконов В.М., Колбина Е.Ю., Петров Д.М.

К вопросу о ритуально потревоженных захоронениях якутов (XVII–ХVIII вв.)

На основе анализа археологических материалов средневековых погребений якутов поднимаются проблемы интерпретации могил со следами древнего постингумационного проникновения и ритуального нарушения погребальных конструкций и анатомической целостности костяков погребенных с привлечением этнографических и фольклорных данных. Дается обобщенная характеристика основных видов потревоженных захоронений позднего средневековья Якутии: вторичные погребения, бальзамирование, обезвреживание опасного умершего, осквернение, ограбление и т.д. Приводятся историко-сравнитель-ные данные по древним и средневековым культурам Центральной Азии, Южной Сибири и Дальнего Востока. Рассматриваются мировоззренческие представления о загробном существовании, ритуальные действия якутов в отношении «опасных» мертвецов и сакральных лиц.

Ключевые слова: Якутия, якуты, средневековье, погребения, потревоженные захоронения, постингумационные обряды, древние проникновения в могилу, интерпретации, этнографические параллели, фольклорные данные.

 

Антропология

Комаров С.Г., Китов Е.П.

Новые краниологические данные к вопросу об антропологическом составе тюркского населения степной полосы Среднего Прииртышья XXII вв.

Статья посвящена исследованию серии черепов, происходящих из пяти могильников правобережья Иртыша и характеризующих физический облик тюркского (кимако-кыпчакского) населения степной части Среднего Прииртышья X–XII вв. Краниологические комплексы изученной группы преимущественно имеют смешанные, европеоидно-монголоидные черты и в расово-диагностическом отношении могут быть определены как несколько смягченные варианты совокупности признаков южно-сибирской расы. Сравнительный анализ показал, что кимако-кыпчакское население левобережья Иртыша при явном преобладании европеоидных особенностей существенно отличалось от правобережной группы. Таким образом, антропологический состав тюркского населения был неоднородным и включал в себя элементы, различающиеся по степени выраженности черт монголоидной и европеоидной рас.

 Ключевые слова: краниология, Казахстан, Прииртышье, тюрки, предмонгольское время, кимако-кыпчакское население, степь.

 

Кириченко Д.А.

О случаях трепанации у сарматских племен Евразии

Предпринимается попытка обобщить случаи трепанации у сарматских племен Евразии. Рассматриваются палеоантропологические материалы с территории Азербайджана, Поволжья, Подонья, Казахстана, Венгрии, Румынии. Сарматы практиковали как символическую (ритуальную), так и медицинскую трепанацию. На черепах сарматов присутствуют также следы скальпирования. Возможно, традиции трепанации у сармат возникли под влиянием античной медицины. Символическую (ритуальную) трепанацию можно связать с влиянием кочевников востока Евразии.

 Ключевые слова: трепанация, сарматы, палеоантропология, скальпирование, Азербайджан.

 

Этнология

Лискевич Н.А., Машарипова А.Х.

Охранительные ритуалы в скотоводстве коми Нижнего Притоболья и Омского Прииртышья

Рассмотрены ритуалы охраны скота у коми Нижнего Притоболья и Омского Прииртышья. Источниками исследования послужили полевые материалы, полученные в ходе работ этнографических экспедиций ИПОС СО РАН в Тюменской и Омской областях в 2000-х гг. Выявлены приемы магической защиты в основном крупного рогатого скота (коров). Ритуальные действия, как правило, совершались в переходные моменты — покупка скота, перевод животных в новый дом, первый выгон, отел, подготовка к первой дойке, некоторые календарные праздники (Рождество, Крещение, день св. Власия, Вербное воскресенье, Великий четверг). Показаны способы влияния на общее благополучие скота, задабривания домового (стаичного), защиты и лечения от сглаза и порчи. Обычно это были индивидуальные действия хозяев, приуроченные к определенному дню или событию. Основными атрибутами действий по магической охране животных являются предметы ухода за животными, элементы упряжи, пояс или фартук хозяев, детали домашней печи, зерно, хлеб, соль, вода, верба, богородская трава, растения с почитаемых мест, щучьи зубы. В отдельных случаях ритуалы сопровождаются произнесением заклинаний (молитв). В современных охранительных ритуалах преобладает влияние христианских обычаев. 

Ключевые слова: скотоводство у коми, защитная и очистительная магия, суседко, порча и сглаз скота.

 

Иванова Л.В., Гордиенко А.В.

Поликультурные истоки и аналогии изобразительной системы деревянного зодчества Зауралья

Статья посвящена изучению поликультурных истоков и аналогий изобразительной системы русского деревянного зодчества Зауралья. Рассмотрена история формирования традиций деревянного домостроения. Выявлены особенности объемной, рельефной и пропильной домовой резьбы. Проанализированы типы наличников, их конструктивная основа и декоративные элементы. Представлены изобразительные мотивы геометрического, растительного, антропо- и орнитоморфного типов орнамента наличников. Описаны историко-культурные связи Зауралья, отразившиеся в эклектике деревянного зодчества. В изобразительной системе деревянного зодчества Зауралья в конце XIX — начале XX в. мастерами-резчиками активно использовались S-образные криволинейные и сердцевидные фигуры, вихревые розетки и растительный орнамент. Наиболее широко в региональном зодчестве был распространен растительный крестообразный орнамент из перевивающихся стеблей. В домовой резьбе Зауралья встречаются образы древнего византийско-романского происхождения (парные птицы, геральдические мотивы, короны). Эти элементы декора могут быть связаны с генезисом славянской культуры, неотъемлемой частью которой является православная византийская традиция. Исследованы стилевые особенности барокко и классицизма в деревянном домостроении региона. Выявлены поликультурные аналогии в орнаментальных мотивах изобразительной системы деревянного зодчества. Обобщены традиции регионального народного зодчества, отраженные в декоративной пластике фасадов домов. Дана характеристика орнамента как исторического источника для изучения формирования культурного ландшафта. Эклектизм изобразительной системы русского деревянного зодчества региона связан с этнокультурными взаимодействиями, волнами колонизации Зауралья. Приведен обширный иллюстративный материал, представляющий аналогии в декоре деревянного домостроения и археологических артефактов с орнито-, антропотоморфным и растительным орнаментами.

Ключевые слова: историко-культурные связи Зауралья, деревянное зодчество, изобразительная система, поликультурные орнаментальные аналогии, культурный ландшафт.

 

Голубкова О.В.

Русалка в народных верованиях восточных славян Западной Сибири (перспективы картографирования локальных аспектов образа)

Представления о русалках — мифологических персонажах, духах в женском облике — в разных областях России существенно различаются. Русалка является одним из наиболее вариативных, полисемантических образов славянской мифологии. Неоднозначны представления о местах обитания русалок, их происхождении, внешнем облике, отличительных признаках, способностях, характерных занятиях, отношении к человеку. На основе полевых этнографических материалов были выявлены некоторые локальные особенности представлений о русалках у русских, украинцев и белорусов в Западной Сибири. Эти различия прежде всего связаны с местами происхождения предков сибиряков — сибирских старожилов или переселенцев из различных регионов России, Украины и Белоруссии. Преемственность традиционной культуры у сельских жителей способствовала сохранению народных верований, характерных для определенной местности. Традиционные верования старожилов (потомков русских переселенцев конца XVIIXVIII в.) о русалках оказались утраченными или сильно измененными. Сибирские «новоселы» (потомки переселенцев рубежа XIXXX вв.), напротив, помнят немало историй о русалках, встречах с ними. Наиболее яркие и разнообразные сюжеты несказочной устной прозы были записаны у сибирских украинцев. В представлениях сибиряков русалка утратила способность влиять на урожай (в отличие от верований жителей западных и южных областей Европейской России). В Западной Сибири местом обитания русалок считают водоемы, однако в русальскую неделю их можно встретить в лесу, поле, на огороде или в бане. Внешне русалки существенно различаются: они бывают как привлекательные, так и страшные. Природно-географические факторы и особенности ландшафта также косвенно повлияли на возникновение сюжетов о русалках и варианты развития их образов. Использование метода картографирования для обработки данных полевых этнографических материалов позволило наиболее полно воспроизвести картину локализации мифологических представлений, отобразив специфику тех или иных региональных особенностей образа русалки: ее внешнего облика, характеристик, функций, фольклорных сюжетов.

Ключевые слова: славянская мифология, народные верования, русалки, календарная обрядность, региональная специфика, Западная Сибирь, этнографические полевые материалы.

 

Богордаева А.А.

Особенности покроя и украшений шапок духов-покровителей северных манси

Статья посвящена изучению и классификации найденных на святилищах северных манси шапок духов-покровителей. В задачи исследования входит их сравнительно-типологический анализ, а также выявление особенностей покроя и украшений. Работа опирается на материалы, полученные автором в этнографических экспедициях к северным манси, проживающим по берегам рек Северная Сосьва и Ляпин, и на данные этнографической литературы. В ходе экспедиционных исследований было сделано описание 34 шапок: 21 — из состава облачения изображений духов-покровителей, 10 — из числа даров духам-покровителям и 3 сшитых на заказ. Определено, что шапки относятся к числу главных и обязательных атрибутов духов-покровителей мужского пола у северных манси. В мифологии северных манси шапки являются элементом образа многих верховных божеств и обязательным предметом их костюма, в том числе Мир-сусне-хума, Хуль-отыра, Самсай-ойки и др. Они входят в состав облачения изображений духов-покровителей на святилищах, являются частью костюма лиц, изображающих духов-покровителей, на медвежьем празднике. Шапки духов-покровителей представлены двумя видами — меховыми и суконными. Суконные шапки относятся к наиболее распространенным. По форме тульи они делятся на конусообразные, полусферические и трапециевидные. Каждый из этих типов представлен несколькими вариантами, различающимися по количеству и форме деталей кроя. Отмечено, что форма шапки, ее покрой и украшения никак не связаны с функциями того духа-покровителя, которому она принадлежала. Меховые шапки в настоящее время на святилищах не зафиксированы, однако их применение в качестве головного убора изображения духа-покровителя засвидетельствовано многими этнографическими источниками. Очевидно, что меховые шапки отражали высокий социальный статус своего владельца, так же как и меховая опушка суконных шапок.

Ключевые слова: манси, шапки, одежда, костюм, духи-покровители, святилища, покрой, ткани, мех, сукно, типологический анализ, Северная Сосьва, Ляпин, образы божеств, этнографические исследования, Мир-сусне-хум, Хуль-Отыр, Самсай-ойка.

 

Перевалова Е.В.

Туземная элита Березовского края в рисунках и фотографиях

Рисунок и фотография, воспринимаемые не как статичный образ, а как визуальный текст, создают особое информативное поле, позволяющее наглядно представить героя и его эпоху. С начала XIX в. «портрет» (рисунок, фотография) и его исполнение (рисование, фотографирование) становятся статусными для туземной элиты. Этнополитический аспект визуальных представлений остяцких, вогульских и самоедских «князей» и старшин Березовского края проявляется в определенной регламентации сюжетов (персональные и групповые ранжированные изображения, клятва на шкуре медведя, Обдорская ярмарка), выборе костюма (парадные одежды), присутствии символов и атрибутов власти (жалованные грамоты и другие царские дары).

Ключевые слова: визуальный текст (рисунок, фотография), туземная (остяцкая, вогульская, самоедская) элита, «князья», старшины, символы и атрибуты власти, Березовский уезд.

 

   

 

№ 1 (32)  (2016)

Археология

Сверчков Л.М., Бороффка Н.

Период Яз-II: этапы и хронология

Более 50 лет назад В.М. Массон по материалам раскопок Яздепе в Мургабском оазисе Туркменистана установил базовую периодизацию эпохи раннего железа Средней Азии: Яз-I, Яз-II и Яз-III, до сих пор не утратившую значения. С того времени было исследовано множество памятников середины II — начала I тыс. до н.э., одну группу которых — Бандыханскую с полным правом можно назвать эталонной. Она расположена в самой южной, Сурхандарьинской области Узбекистана. Раскопки памятников Бандыхана с переменным успехом велись с начала 70-х гг., в том числе с 2005 г. — нашей Германо-Узбекской экспедицией. В результате работ удалось выявить четкую хронологическую последовательность формирования сложно поддающегося идентификации комплекса Яз-II и разделить его на два этапа — Яз-IIА и Яз-IIБ, уточняя, но не затрагивая при этом суть общей периодизации В.М. Массона. Радиоуглеродное исследование позволило датировать этап Яз-IIА XVIII вв. до н.э., что соответствует времени «царства ранних кави». Этап Яз-IIБ охватывает «предахеменидское» время — VIIVI вв. до н.э. — время «царства поздних кави», что полностью отвечает классической зороастрийской традиции и хронологии. На наш взгляд, география культуры Яз-II абсолютно точно соответствует территории Иранского мира — «Арьянэм-Вайчах», граничившего на севере, по юго-западным отрогам Гиссарского хребта, со своим извечным врагом — легендарным Тураном.

Ключевые слова: Средняя Азия, Узбекистан, эпоха раннего железа, Яз-I, Яз-II, Яз-III, типология керамики, хронология, вопросы периодизации, Авеста, царство «ранних и поздних кави», Ахеменидская империя.

 

Чаиркина Н.М., Дубовцева Е.Н.

Керамика сатыгинского типа поселения Нижнее озеро III

Рассмотрен керамический комплекс сатыгинского типа эпохи неолита многослойного поселения Нижнее озеро III, расположенного в основании восточного макросклона Уральских гор, в южной части Северного Зауралья. С эпохой неолита связаны остатки построек № 1–3, в которых зафиксированы три группы керамики. Две из них имеют большое сходство с материалами кошкинского и сумпаньинского типа. В предлагаемой статье пойдет речь о керамике группы 3. Преобладают сосуды закрытой формы, иногда с профилировкой, венчики не имеют наплыва. Днища плоские, но встречаются и округлые. Своеобразие этой группы керамики проявляется в скульптурной орнаментации в виде расположенных в верхней части тулова валиков. Они прямые или волнистые, выполнены с помощью налепа или вытягивания из стенок сосуда, декорированы насечками. Остальные узоры выполнены в технике прочерчивания и накола, реже отступания. Анализ типолого-морфологических и технологических признаков, планиграфии и стратиграфии расположения находок, радиоуглеродные даты и сравнение с неолитическими комплексами Зауралья, Западной Сибири и сопредельных территорий позволили высказать предположения о культурной принадлежности и времени бытования этого специфичного комплекса. Керамику этого типа мы рассматриваем в контексте неолитических культур Восточной Европы, условно именуемых культурами накольчатой керамики. В Зауралье и Западной Сибири она имеет аналогии с кошкинскими, боборыкинскими и сатыгинскими древностями. На наш взгляд, наибольшее сходство проявляется с керамикой сатыгинского типа с поселений Сумпанья IV, VI, Усть-Вагильского холма. Включение сатыгинского типа в ареал боборыкинской культуры, на наш взгляд, не обосновано. В настоящее время и стратиграфические наблюдения, и результаты радиоуглеродного датирования, а также различия в технологии и орнаментации посуды свидетельствуют о наличии как минимум двух групп валиковой керамики на территории Зауралья и Западной Сибири, имеющих локальные и/или хронологические отличия. На территории Северного Зауралья и в Кондинской низменности, вероятно, около 6750–5000 гг. до н.э. (кал.) бытовала керамика сатыгинского типа, синхронная сумпаньинским и на каком-то этапе кошкинским древностям. Боборыкинский тип керамики (в том числе с валиками) имел более значительную территорию распространения и существовал несколько позже, около 4700–3800 гг. до н.э. (кал.), по-видимому, совместно с керамикой басьяновского типа.

Ключевые слова: эпоха неолита, тип керамики, типолого-морфологическая и технологическая характеристика, сатыгинский тип, боборыкинская культура.

 

Ибрагимова Э.Р.

К вопросу о распространении обсидиана в Северной Месопотамии IV–III тыс. до н.э. по данным археологии

Рассмотрен широкий круг вопросов, касающихся распространения обсидианового сырья на поселениях Северной Месопотамии и Юго-Восточной Анатолии. Хронологические рамки исследования охватывают IV–III тыс. до н.э., включающие ряд историко-культурных периодов, от позднего Убейда до Аккадского периода. В первой части статьи, историографической, суммированы данные об исследованиях источников обсидианового сырья на Ближнем Востоке, представлена дискуссия о моделях его распространения и связи со специализированным производством кремневых пластин. Во второй части приведены данные публикаций каменных индустрий поселений Северной Месопотамии и Юго-Восточ-ной Анатолии. Наряду со сведениями об источниках обсидиана, обсуждаются такие показатели, как доля обсидиана по отношению к кремню, вес обсидиана и полнота его технологического контекста. Обмен обсидианом рассмотрен в широком контексте производства как орудий труда, так и украшений. В результате сделан вывод о различных способах распространения обсидиана, выделены хронологические закономерности развития обмена этим сырьем. Пересмотрено предположение, которое высказывалось исследователями ранее, о тесной связи производства, распространения кремневых и обсидиановых пластин. Имеющиеся данные позволяют выделить ряд поселений, которые имели более широкий доступ к обсидиану и играли важную роль в обмене металлом.

Ключевые слова: обсидиан, энеолит, ранний бронзовый век, Ближний Восток, Северная Месопотамия.

 

Кирюшин Ю.Ф., Грушин С.П., Леонтьева Д.С.

Андроновское поселение Шляпово в Верхнем Приобье

Андроновские поселенческие комплексы Верхнего Приобья изучены крайне слабо. В этой связи публикации результатов исследования поселений являются важными для дальнейшего изучения истории бронзового века. Данная работа посвящена анализу материалов, полученных в ходе раскопок 1952 г. под руководством М.П. Грязнова на андроновском поселении Шляпово в Верхнем Приобье. Материалы раскопок хранятся в фондах Государственного Эрмитажа, они представлены костяным инвентарем, бронзовыми, каменными, глиняными изделиями. Особое внимание в статье уделяется самой массовой категории находок — керамическому комплексу. Представительная выборка образцов (451 экз.) позволила разделить комплекс на две группы: андроновскую (преобладающая) и позднебронзовую. Для андроновской группы проведен анализ орнамента и формы сосудов. Методической основой исследования стали работы В.Ф. Генинга, И.В. Рудковского, Н.А. Ткачевой и А.А. Ткачева. Было выявлено 16 орнаментальных мотивов. В основном это вертикальная «елочка», горизонтальные каннелюры и горизонтальная «елочка», ряды ямочных вдавлений. Редко встречаются линии, короткие диагональные линии, вертикальный зигзаг и орнаменты в геометрическом стиле (треугольники, «уточки», меандры). Декорирование сосудов выполнялось в различных техниках, но наиболее распространено штампование гладким штампом, крупной и мелкой гребенкой. Установлены две основные формы сосудов, бытовавших на поселении: банки и горшки. Также были выявлены закономерности при корреляции форм сосудов и орнамента. На основе проведенного анализа обозначены особенности бытовой поселенческой посуды. Учтенные орнаментальные схемы позволили сопоставить памятник Шляпово c другими поселениями андроновской культуры Верхнего Приобья. Топографические данные совместно с найденными артефактами позволил отнести памятник к типу временных поселений. Общие черты пос. Шляпово дали возможность датировать комплекс в широких рамках существования андроновской культуры — XVXIII вв. до н.э.

Ключевые слова: Верхнее Приобье, андроновская культура, поселение, бронзовый век, керамика, орнамент.

 

Илюшин А.М., Онищенко С.С.

О результатах исследования жилища кочевников развитого средневековья Кузнецкой котловины

В широкий научный оборот вводится информация о результатах полевых исследований Кузнецкой комплексной археолого-этнографической экспедицией жилища 3 в раскопе № 5 на комплексе археологических памятников Торопово-7 в Касьминском археологическом микрорайоне на территории Кузнецкой котловины в Ленинск-Кузнецком районе Кемеровской области. Материалы этих раскопок подвергнуты археологическому и зооархеологическому исследованию. Новая информация призвана пополнить копилку археологических источников по истории и культуре периода развитого средневековья Кузнецкой котловины. Цель настоящей публикации — представить результаты раскопок уникального по конструкции и совокупности артефактов жилища и проанализировать выявленные в нем археологические и зооархеологические материалы для определения датировки объекта и мясного рациона питания его обитателей. Использовались описательный, сравнительный и статистический методы анализа вещественных источников. Раскопанное жилище охарактеризовано как полуземлянка, состоящая из наземной конструкции и земляного котлована, которая могла использоваться зимой и функционировать круглый год. По аналогиям артефактам исследованное жилище было датировано периодом развитого средневековья (XI–XIV вв. н.э.) и отнесено к шандинской археологической культуре, оставленной тюркоязычными кочевниками Восточного Дашт-и-Кипчак на территории Кузнецкой котловины. О принадлежности жилища кочевникам свидетельствуют результаты зооархеологического анализа остеологических материалов из хозяйственных ям 1 и 2 в жилище 3, среди которых преобладают остатки лошадей (более 80 %). Сделан вывод, что жилище 3 в раскопе № 5 на комплексе археологических памятников Торопово-7 конструктивно представляет собой полуземляное жилое помещение площадью порядка 34 м², приспособленное для проживания в зимний период одной семьи, использовавшееся в XI–XIV вв. носителями тюркских кочевых культурных традиций, в основе повседневного рациона питания которых была конина.

Ключевые слова: Кузнецкая котловина, памятник, жилище, артефакты, керамика, орнаментация, зооархеологический анализ материалов.

 

Серегин Н.Н.

Структура социума раннесредневековых тюрок Алтае-Саянского региона (по материалам погребальных комплексов)

Статья посвящена различным аспектам социальной интерпретации материалов погребальных комплексов раннесредневековых тюрок (вторая половина I тыс. н.э.). Представлены результаты анализа памятников, раскопанных на Алтае, в Туве и Минусинской котловине. Охарактеризованы особенности гендерной и возрастной дифференциации общества раннесредневековых тюрок. Отдельно рассмотрены возможности моделирования вертикальной структуры социума номадов. Выделены группы погребений, демонстрирующие гетерогенность общества кочевников Алтае-Саянского региона второй половины I тыс. н.э.

Ключевые слова: Социальная структура, раннесредневековые тюрки, Алтае-Саянский регион, погребальные комплексы, гендерная и возрастная дифференциация, реконструкция.

 

Антропология

Васильев С.В., Боруцкая С.Б.

Палеоантропология верхнепалеолитического населения Лаоса (по материалам могильника Там Ханг)

Там Ханг (Tam Hang) был открыт в 1934 г. Ж. Фромажем (Fromaget), работавшим в Геологической службе Индокитая. Из 17 черепов, обнаруженных Фромажем, в музее хранится только 10 целых черепов. Шести черепам соответствовали и посткраниальные скелеты. Всего в общей сложности остеологически было исследовано 3 мужских и 4 женских посткраниальных скелета. Только для одного скелета была получена дата погребения — 15,7±0,8 тыс. лет. Как показали исследования угловой морфометрии черепов из Там Ханга, популяция морфологически неоднородна. По данным краниологии мужчины из Там Ханга гетерогенны. Череп одного из них схож с образцом из Комб Капелль, другой близок к группе черепов из Пржедмости. Особенностями людей из Там Ханга являлись небольшой рост, относительно удлиненные голени у мужских индивидов и удлиненные предплечья у женщин, что могло быть связано с адаптацией к жарким климатическим условиям. В группе отмечена частая встречаемость сакрализации последнего поясничного позвонка и, таким образом, увеличение прочности крестца. Основные патологии связаны с болезнями зубочелюстного аппарата.

Ключевые слова: Лаос, палеолит, угловая морфометрия черепа, краниология, остеология, палеопатология.

 

Куфтерин В.В.

Палеопатология детей и подростков Гонур-депе (Туркменистан)

Рассматриваются результаты палеопатологического исследования выборки детей и подростков (215 индивидов) из раскопок крупного памятника Бактрийско-Маргианского археологического комплекса — Гонур-депе (Туркменистан). Делается вывод, что в структуре палеопатологического профиля изученной серии доминируют стоматологические заболевания, а также индикаторы анемичных состояний. Низкая остеологически фиксируемая частота инфекций, отсутствие случаев цинги, рахита и травм позволяют предполагать оптимальные условия существования популяции. К основным факторам, обусловившим особенности патологического статуса выборки неполовозрелых индивидов из Гонура, относятся предполагаемая высокая плотность населения и земледельческий тип хозяйственной деятельности.

Ключевые слова: Палеопатология, неполовозрелые индивиды, эпоха бронзы, Гонур-депе, Туркменистан.

 

Худавердян А.Ю.

Биоархеологические подходы к изучению следов искусственного воздействия на череп (на примере популяций эпохи бронзы и раннего железного века с территории Армении)

Представлена попытка изучения деформированных черепов представителей эпохи бронзы и раннего железного века с территории Армении. Результаты исследования позволяют допустить, что теменная деформация является следствием ношения достаточно широкой повязки, концы которой завязывались поперечными ремнями, удерживающими груз на спине. Были исследованы структурные изменения, возникающие на костях черепа при физической нагрузке. Предложенная методика позволяет классифицировать затылочные структуры. Наличие затылочных структур связано с подъемом и перемещением тяжелых грузов. Человек, несущий тяжелый груз, воздействующий на теменные кости, время от времени дает голове отдохнуть, перекладывая груз на плечи. Структурные перестройки костей черепа и непреднамеренная искусственная деформация могут рассматриваться как уникальные явления, позволяющие реконструировать некоторые аспекты хозяйственной жизни древних людей.

Ключевые слова: Армения, эпохи бронзы и железа, затылочные структуры, непреднамеренная деформация головы.

 

Этнология

Бурнаков В.А., Цыденова Д.Ц.

Аба тöс — медвежий фетиш в традиционных представлениях и обрядовой практике хакасов (конец XIX — середина XX в.)

Статья посвящена изучению феномена медвежьего фетиша, называемого хакасами Аба тöс. Культ тöс’ов — феномен, который возник и существовал в традиционной среде, где форма отношений между миром видимым (рациональным) и невидимым (иррациональным) характеризуется отсутствием жестких непреодолимых границ. Более того, в религиозно-мифологическом сознании этого народа красной нитью проходит идея непосредственного пересечения этих миров и, как результат, их постоянного взаимовлияния друг на друга. Периодическое нарушение этих связей, как полагали верующие, приводило к дисбалансу в природе и жизни людей. Для последних это оборачивалось различными бедствиями и несчастьями. Обрядовая практика традиционного общества в этом случае была направлена на восстановление нарушенного баланса и, как следствие, на разрешение возникающих противоречий между мирами и защиту жизненных интересов людей. Огромная роль в этом процессе отводилась служителям культа, в том числе шаманам, а также непосредственно тöс’ам. В статье на основе обширного круга источников, в том числе впервые вводимых в научный оборот архивных материалов и музейных коллекций, анализируется мифоритуальный комплекс, связанный с этим культовым объектом. Образ медведя у хакасов был окружен ореолом сакральности и поэтому особенно почитался. В традиционном сознании медведь воспринимался в качестве грозного властителя таежного пространства и всех его обитателей. И вместе с тем в его образе верующие видели могучего духа-покровителя. Данное обстоятельство способствовало его широкой символизации и фетишизации. В культовой атрибутике хакасов было представлено несколько вариантов символических изображений этого божества. Хакасы наделяли Аба тöс’а апотропейными, лечебными и покровительствующими свойствами, верили в его тотемную сущность и усматривали в нем образ духа-первопредка. В отношении Аба тöс’а была сформирована особая обрядность, выражающаяся в периодических жертвоприношениях с обязательным произнесением молитвенных обращений и другими сакрализованными действиями. При этом отправление ритуала было строго регламентированным и предполагало особые требования к исполнителям, определенную последовательность действий, а также специальный состав пищи.

Ключевые слова: Хакасы, традиционное мировоззрение, обряд, жертвоприношение, культ медведя, символ, фетиш, Аба тöс.

 

Солдатенкова Д.В.

Семантика орнамента вышивки северорусского головного убора из фондов Государственного музея-заповедника «Царицыно»

Вводится в научный оборот новый музейный предмет, хранящийся в фондах Государственного музея-заповедника «Царицыно»,— женский головной убор — кокошник с редкой орнаментальной композицией, вышитой серебряными нитями. Кокошник атрибутируется по аналогии с опубликованным ранее головным убором из Новгородской губернии, датируемым рубежом XVIIIXIX вв., дается общее описание формы, декора предмета и техники вышивки. Раскрывается смысловое содержание (семантика) вышитой композиции в целом, которая представляет собой вертикальную модель Вселенной. Обозначены особенности русского варианта этого изображения, отличающемся тем, что центральная ось состоит из трех основных мотивов — цветущего мирового древа, солнечной богини Макоши с опущенными руками и древнего русского солнечного мотива орлиной ладьи. Верхний мир на северорусском головном уборе занимает половину изображения и наполнен солярными небесными мотивами, расположенными геральдически. Особенно интересен и архаичен среди них мотив лося-коня. Высказано предположение, что головной убор принадлежал молодой женщине до рождения первого ребенка, а возможно, был и венчальным, так как главная составляющая всего изображения сосредоточена вокруг идеи плодородия, изобилия, благопожелания.

Ключевые слова: вертикальная модель Вселенной, символ, знак, мотив вышивки, техника вышивки, стиль вышивки, мировое древо, пряхи, лоси-кони, птицы павы, двуглавый орел, птица сирин, вышивка вприкреп по карте.

 

Адаев В.Н.

Ненецкие приемы ориентирования в пути: использование помощи оленя и собаки

Статья является продолжением серии публикаций, отражающих результаты планомерного исследования системы пространственного ориентирования ненецкого населения, начатого сотрудниками ИПОС СО РАН в 2014 г. Вопросы использования помощи домашних животных для ориентирования на местности оказались незаслуженно обделены вниманием этнографов, причем не только у ненцев, но и у северных народов вообще. Применяемый в исследовании системный подход предполагает рассмотрение изучаемого объекта (системы ориентирования) в более широком контексте: наряду с навыками и приемами рекогносцировки анализируется и неотделимая от них «техника выживания» в пути опыт выхода из трудных положений, отработанный алгоритм действий, позволяющий в конечном итоге человеку выйти из ситуации победителем. В задачи статьи входит, во-первых, обосновать, что обращение к помощи домашних животных действительно является одной из важнейших составляющих системы пространственного ориентирования ненцев, а во-вторых, на конкретных фактах представить, что способы и приемы использования этой помощи далеко не так очевидны и просты, как может показаться изначально. Приведенные в работе материалы демонстрируют широкое применение ненцами помощи домашних животных для ориентирования на местности. В случае необходимости для нахождения пути ими умело применяется как непосредственная помощь животных, так и глубокие знания по биологии оленя и собаки, позволяющие сделать важные выводы о местоположении тех или иных объектов на местности. При этом ненцы не только внимательно наблюдают за поведением животных, но и пользуются специальными приемами, активизирующими полезные для нахождения пути действия оленя и собаки. Среди специфических особенностей тундровых ненцев в сравнении с лесными можно отметить более частое обращение при ориентировании к помощи оленя, а не собаки и практические сложности одновременного использования обоих животных. Подводя итог, можно утверждать, что представленная сфера народных знаний и традиций безусловно заслуживает отдельного внимания в углубленных исследованиях по другим этническим коллективам, в особенности специализирующимся на охотничье-рыболовецком и скотоводческом направлениях хозяйственной деятельности.

Ключевые слова: пространственное ориентирование, ненцы, оленеводство, собаководство, сибирская этнография.

 

Агапов М.Г.

Аватары Ермака: монументальные формы репрезентации и актуализации исторической памяти

В индуистской мифологии понятие аватара означает воплощение божества в смертное существо при сохранении им частично божественной природы и приобретении отчасти природы земной. Метафорически можно сказать, что всякий памятник историческому персонажу представляет собой его аватар. Предметом данного исследования являются памятники Ермаку, рассматриваемые как формы репрезентации и актуализации исторической памяти о «покорителе Сибири». Если обычно продолжительность жизни мемориальных комплексов ограничивается временем существования возводящих их политических режимов, то в случае с Ермаком мы встречаемся с феноменом «монументальной реинкарнации» исторического персонажа: памятники Ермаку устанавливались и переустанавливались в Российской империи, СССР и постсоветской России. Это обстоятельство позволяет говорить о случае Ермака если и не как об уникальном, то по крайней мере как о нетипичном феномене. Инкарнация Ермака прошла несколько этапов. Изначально он представлялся российским властям проблемным персонажем. Во второй половине XIX в. постепенно превратился в знаковую фигуру имперского дискурса. Первый памятник Ермаку, поставленный в 1839 г. в Тобольске, увековечил лишь имя казачьего атамана. В 1869 г. Ермак обрел свое первое «телесное» воплощение в виде горельефа одного из 36 «военных людей и героев» на фризе монумента «Тысячелетие России», установленного в Великом Новгороде. Первый мемориал с персональной скульптурной фигурой Ермака был установлен в Новочеркасске в1904 г. В дальнейшем казацкий атаман воплощался в облике былинного богатыря, первопроходца-фронтирмена и даже хтонического существа. Фигура Ермака была востребована самыми разными сообществами: от дореволюционных казачьих до современных городских. Сегодня «раскручивание» темы Ермака отвечает интересам целого ряда групп и в немалой мере конституирует их: сторонники и противники установления памятников казацкому атаману, историки и археологи, чиновники, тур-операторы, скульпторы и архитекторы — все они оказываются участниками одного коллектива в латуровском смысле, складывающегося в связи и на основе различных коммуникаций по поводу фигуры Ермака.

Ключевые слова: памятники Ермаку, историческая память, группообразование, регионализация.

 

Палеоэкология

Зазовская Э.П.

Радиоуглеродное датирование — современное состояние, проблемы, перспективы развития и использование в археологии

Изложены базовые принципы радиоуглеродного датирования. Рассмотрены история развития метода и современное состояние. Обсуждаются сложности, возникающие при радиоуглеродном датировании, и подходы, позволяющие корректно представлять полученные результаты. Описана процедура калибровки радиоуглеродных данных и введения поправки на изотопное фракционирование. Освещена проблема эффекта морского и пресноводного резервуара при датировании археологических объектов. Даны подробные рекомендации для отбора образцов при радиоуглеродном датировании. Показаны особенности датирования и интерпретации полученных данных для основных углеродосодержащих материалов, применяющихся при датировании археологических объектов. 

Ключевые слова: радиоуглеродное датирование, археология, датирующие фракции, эффект резервуара, ускорительная масс-спектрометрия.

 

Святко С.В.

Пресноводные резервуарные эффекты в Евразийской степной зоне и их влияние  на радиоуглеродный возраст костных образцов

Резервуарный эффект зачастую является источником погрешности в радиоуглеродном возрасте костей людей и некоторых животных. Под пресноводным резервуарным эффектом (ПРЭ) подразумевается разница между радиоуглеродным возрастом чисто наземного образца (содержание 14С в котором будет сопоставимо с атмосферным уровнем 14С) и современного ему пресноводного образца или любого образца, часть 14С в котором происходит из водного резервуара (водоема) с пониженным по сравнению с атмосферой уровнем 14С. К последним относятся не только непосредственно водная фауна, но и наземные животные, в диету которых входят водные компоненты. Цель данной работы — продемонстрировать широкое распространение и разнообразие ПРЭ на территории России и Казахстана, а также обратить внимание на необходимость принятия во внимание этого существенного и до сих пор малоизученного фактора при датировании костей. Для выявления современных ПРЭ в рамках данного исследования было продатировано девять образцов современных рыб различных видов из шести регионов Сибири и Казахстана; полученные результаты были сопоставлены с данными по ПРЭ из предыдущих исследований в трех регионах. На основе имеющихся материалов можно сделать следующие наблюдения: 1) практически во всех проанализированных регионах, за исключением оз. Карга, обнаружен резервуарный эффект. В образце (Carassius) из оз. Харга величина ПРЭ незначительна; для подтверждения отсутствия ПРЭ в озере требуется дальнейший анализ современной водной фауны; 2) значения ПРЭ в пределах изучаемого региона крайне неоднородны; величина эффекта сильно различается между водоемами; 3) величина ПРЭ также варьируется в пределах одного водоема между различными особями рыб. Четыре образца рыб из среднего течения р. Енисей (а также его притока р. Карасук, Минусинская котловина) показали разницу в значении ПРЭ между образцами приблизительно в 600 14С лет. Разница между двумя особями щуки из р. Карасук составила более 100 14С лет; 4) на данный момент наиболее значимые показатели ПРЭ (чуть менее 2 тыс.14С лет) обнаружены в верховьях р. Лена (Иркутская обл.).

Ключевые слова: пресноводные резервуарные эффекты, радиоуглеродное датирование, Евразийские степи, современная рыба.